Читаем О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых полностью

Не стоит также забывать, что дьявол притаился в каждом из нас и что он не дремлет, выискивая каждый раз подходящий момент, когда сможет найти наши слабые места и начать манипулировать нами себе на пользу, так, что мы этого даже и не заметим. Молодежь, шедшая в Гитлерюгенд или в «красные бригады», думала, что поступает бескорыстно, отвечая на призыв этих диктаторов. И, конечно, в их готовности к такому ответу, действительно, было бескорыстие. Но тут же была и гордыня, ну или, смягчим, «гордость» от того, что они призваны, в столь раннем возрасте, к настоящей ответственности и даже к власти над теми, кто старше их.

Отец Поль-Мари М’БА, габонец по происхождению, служил также в Кот-д’Ивуар и в Буркина-Фасо. Хлебнувший на опыте африканского колдовства, он, конечно, прав, когда бьет тревогу и пишет о подспудном, все более широком наступлении Сатаны на наше европейское общество, и в первую очередь, на детей: «Через мультфильмы, компьютерные игры, групповые и ролевые игры, фильмы, музыку…, через те образцы, которые они диктуют, дети все больше увлекаются магией и колдовством! … Один только феномен Гарри Поттера вызвал появление в интернете множества школ колдовства для детей». Силы зла всегда наступают скрытым фронтом и умеют действовать постепенно, этап за этапом. По случаю Хэллоуина одна шоколадная фирма предложила детям подписать что-то вроде пакта, по которому они обязуются делать каждый день что-нибудь «очень злостное», чтобы получить за это от фирмы диплом настоящего «маленького дьявола» и какие-то сладкие призы. Отец М’БА также справедливо замечает, что это наступление зла затрагивает все социальные слои, вплоть до вершин власти. Он также очень тонко анализирует способы, какими Сатана опутывает служителей церкви, священство: «Стратегия атак Зла на людей Бога состоит в том, чтобы заманить их в ловушку деньгами, нравами и гордыней власти (злоупотребление властью, желание господствовать, грубость, неспособность принимать „низших“, закрытость к новому в Духе, делающая из них охранителей не живой традиции, а незыблемых устоев прошлого, и т. п.), и тем самым способствовать их нравственному падению[180]». Как тут не думать о драме священников-педофилов? Не желая никого выгораживать, я все же думаю, что дьявол в первую очередь обрушивается на людей церкви, потому что падение каждого их них для него подобно взятию ферзя у противника в шахматной партии между Богом и Сатаной.


Хуже всего то, что силы зла умудряются просочиться даже внутрь религий, как мы это видели в христианстве на примере инквизиции, войн между католиками и протестантами или, из недавнего, массовых убийств православных сербов католиками-хорватами. Мы вспоминаем трагические годовщины других массовых убийств, как, например, трагедии в Сребренице, где жертвы были мусульманами, а палачи православными, но то, что палачами оказывались и католики, об этом уже никто не смеет и вспоминать. Но, как бы горько это ни было, об этом нужно говорить:

Во время Второй мировой войны нацисты разделили Югославию на два государства: Северную Хорватию и Южную Сербию. Население Хорватии тогда составляло 6,7 миллионов жителей, из них 3,3 миллиона хорватов-католиков, 2 миллиона православных сербов, 700 000 мусульман н и 45 000 евреев. «Усташи», хорватские ультра-националисты, воспользовались немецкой оккупацией для истребления около 500 000 православных сербов, 80 000 евреев и 30 000 цыган. Поясним, что многие монахи-францисканцы, имена которых хорошо известны, были среди мучителей и начальников концентрационных лагерей. Единственным способом избежать смерти было: принять католическое крещение. Но чтобы его получить, нужно было заплатить. Кто платить не мог, погибали. Католический архиепископ Загреба, преосвященный Штепинак регулярно отправлял рапорты в Ватикан. «В официальном документе от 8 мая 1944 года он имеет честь проинформировать Его Святейшество, что, к настоящему времени, 244 000 православных сербов» обратились и примкнули к «Церкви Божией»; понимаете, именно к Римо-католической церкви.

Обращения к папе Пию XII с просьбой вмешаться и положить конец этим массовым убийствам все множились. Би-Би-Си говорит об этом с негодованием. Еврейский мировой конгресс просит папу вмешаться. Любопытно, что копия этого обращения сохранилась в сионистских архивах Иерусалима, но сам этот призыв так и не был опубликован Ватиканом в опубликованных им 11 томах документации по Второй мировой войне.

После войны преосвященный Штепинак оказался в тюрьме. Тогда Ватикан организовал широкую кампанию по дезинформации, чтобы убедить общественное мнение, что архиепископ стал жертвой коммунистического режима Тито, и сделать из него исповедника веры. В 1951 после вмешательства ООН Штепинак был освобожден. Он нашел прибежище в Риме, быстро стал кардиналом и в 1998 был причислен к лику блаженных папой Иоанном-Павлом II.

Перейти на страницу:

Все книги серии Независимый альянс

«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы
«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Станислав Минаков, член Союза писателей России, Русского ПЕНа (Москва), лауреат международных литературных и журналистских премий, собрал свои эссе, статьи разных лет, посвященные военной теме в русской советской поэзии и песне, а также кинематографе. Эти произведения опубликованы, начиная с 2005 г., в сборниках, журналах, альманахах разных стран, а также на сайтах интернета, частично прочитаны — в разные годы — в качестве докладов на Международных конгрессах Фонда Достоевского «Русская словесность в мировом культурном контексте» и лекций в Белгородском государственном литературном музее, учебных заведениях Белгорода. Авторская орфография является значащей частью произведений.

Станислав Александрович Минаков

Публицистика / Литературоведение / Проза о войне
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых
О Христе по-другому. Подлинный смысл Страстей Христовых

Автор этой книги, современный французский богослов, священник Франсуа Брюн, не боится ставить самые острые вопросы, непосредственно касающиеся каждого из нас: В чем смысл страдания? Что нам делать перед лицом собственного страдания и страдания близких? Как соотнести неизбежность страданий в этом мире и страдания Самого Бога, Страсти Христовы, с мыслью о том, что Бог есть Любовь? При этом автор на протяжении многим страниц спорит с представлением о Боге как о неумолимом правителе, требующем от нас страданий, с юридическим смыслом Страстей как некоего выкупа за грехи.Главная жизненная и мыслительная интуиция автора во всех его книгах — это абсолютная убежденность в том, что мы любимы Богом, безусловно и навсегда, что нам стоит лишь откликнуться на этот призыв ответной любовью, научиться любить, и наша жизнь чудесным образом преобразится. Как же тогда совместить тот факт, что мы любимы, с неизбежностью страданий? Почему в центре христианской картины мира, в которой Бог есть Любовь, стоит Крест и Страсти Христовы? Как одно совместимо с другим? Что такое спасение? Почему оно связано со Страстями? В чем наша роль в таком спасении и в той борьбе добра со злом, что совершается в мире?Над всеми этими вопросами мы можем начать размышлять, открыв эту книгу.

Франсуа Брюн

Религиоведение / Христианство
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже