О происхождении времени. Последняя теория Стивена Хокинга

Общие принципы нашего подхода «сверху вниз» я подытожил во взаимосвязанной триаде, набросанной на рис. 43. Эта схема обобщает общепринятую парадигму физики, в которой три опоры – истории, генезис и наблюдение – не переплетены, но рассматриваются как отдельные разобщенные сущности, каждая со своим статусом. Триада дает новые рамки для предсказаний, рамки, в которых индуктивный процесс конструирования законов Вселенной описывается внутри них же и в которых, вследствие этого, наши физические теории видятся как выбор одной возможности из многих. Взгляд «сверху вниз» состоит в том, что законы физики есть свойства Вселенной, выведенные из собранных данных и обработанные посредством вычислительных алгоритмов[209], а не проявления некоей вечной истины. Преемственность физических теорий понимается как идентификация все более общих структур, охватывающих все большее число взаимосвязанных эмпирических явлений. Конечно, это движение от частного к общему намного увеличивает предсказательную силу и практическую применимость физической теории. Но это совсем не значит, что мы стремимся к окончательной теории, уникальной, независимой от ее структуры и от наших данных. Всегда существует огромное количество теорий, которым удовлетворяет конечный набор данных – точно так же, как существует огромное множество кривых, которыми можно интерполировать конечное множество точек. Нисходящий подход в космологии означает, что, спускаясь все ниже, мы все время будем находить преемственные теории, но никогда не придем к конечной точке. В некотором смысле последняя теория Стивена констатирует, что последней теории не существует.

Свободная от любых притязаний на то, чтобы быть абсолютной истиной, нисходящая космология способствует открытию новых горизонтов во многих сферах мышления, от искусства до науки, достигая при этом разнообразных целей и приводя к взаимодополняющим прозрениям. Если наше мышление «сверху вниз» действительно содержит семена нового мировоззрения, то это мировоззрение насквозь плюралистично. Понятия времени и имеющих вид закона структур, по-видимому, возникают путем, зависящим от задаваемых нами вопросов и от уровня сложности Вселенной вокруг нас. Когда поздний Хокинг в ноябре 2016 года в Ватикане обрисовал очертания нашей постплатоновской космологии, это не предвещало новых битв с Богом или с папой. Совсем наоборот, идеи Стивена нашли у папы Франциска глубокий и сильный отклик. У них была общая цель – защищать наш общий космический дом на благо человечества, сегодня и всегда.

Квантовая космология учит нас, что биологическая и космологическая эволюции – не фундаментально раздельные явления, но два очень разных уровня одного гигантского эволюционного древа. Биологическая эволюция имеет дело с ветвлениями в области с высоким уровнем сложности, в то время как космология ветвится на уровнях низких; между этими областями существуют еще промежуточные, заполненные уровнями астрофизическими, геологическими или химическими. И хотя каждый из этих уровней имеет свою специфику и свой особый язык, универсальная волновая функция сплетает их воедино. То обстоятельство, что в ранней Вселенной древо физических законов возникало по принципу «тяп-ляп», говорит нам, что понимаемый в широком смысле принцип дарвинизма, эта основополагающая биологическая схема, пропитывает все уровни эволюции, вплоть до самых глубоких, какие мы только можем себе представить. В некотором смысле квантовая космология перекидывает мост через не дающую нам покоя глубокую концептуальную бездну, веками разделяющую биологию и физику. Мы видим, что сделанный Дарвином набросок древа жизни и сделанный Леметром набросок «нерешительной», колеблющейся Вселенной (см. рис. 4 и 3 на вклейке) глубоко связаны между собой – они представляют две стадии единого всеохватывающего исторического процесса[210].