Обратная сторона творчества

Так уж случилось, что к XII веку нашей эры, в силу психологических особенностей людей, населявших разные районы земной поверхности, духовная составляющая в разных местах стала опираться на разные религиозные компоненты. Наверное, по этой причине следующий 600 летний цикл был посвящен смешиванию человеческих сообществ. Случилось то, что предсказывал еще Заратустра. Следующие друг за другом божественные посланники приносят для людей на каждом этапе необходимое количество знания, затем происходит процесс смешивания разных народов, для того чтобы люди разных регионов узнали все достоинства и недостатки каждого из сформировавшихся религиозных течений. На следующем этапе развития человеческого сообщества должна возникнуть единая объединенная религия – единая духовная общность, чтобы потом природным образом произошло разъединение народов для функциональной специализации.

Духовное объединение, затем естественное добровольное общепланетарное функциональное разъединение, по причине того, что люди на Земле не все одинаковы и должны иметь разные в космическом понимании, свойства.

События, происходившие на планете после XII века, прекрасно укладываются в эту теорию. Нашествие Чингиз хана, крестовые походы, открытие Америки и кругосветные путешествия. Все эти события привели к тому, что следующий цикл начался под лозунгами следующей эпохи просвещения – эпохи познания причин и истоков человеческого бытия.

Заратустра не мог знать внутренней сути этого движения, и какая в этом процессе роль отводится просвещению, да и такого понятия в те времена еще не существовало. История говорит о том, что духовное становление происходило всегда с отставанием от интеллектуального развития. Вначале информация, затем ее осмысление, сравнение, критика, потом переживание, набивание шишек и только потом выводы и впитывание новыми поколениями пережитого. После всех глобальных перетряхиваний всегда приходит новый уровень общественных отношений.

Не всегда локальные шаги просвещения заканчивались коренным переустройством всего общественного порядка, в Англии, например, случилась только корректировка монархии. Однако эта корректировка оказалась тем самым идеальным вариантом, который принес сбалансированную стабильность. Как-то так получилось, что прерогативы королевской власти, отделенные от экономической составляющей оказались тем самым набором властных полномочий, которые могут склеивать и стабилизировать внутри общественные отношения. Отделенный от меркантильных материальных забот набор функций оказался на редкость действенным. Доказательство этому более чем 350 летнее активное и эффективное существование государства. Справедливость, начинающаяся на самом верху, распространяется независимыми и самостоятельными потоками в глубины общества. Судопроизводство, поощрительные и наградные мероприятия, возможности вмешиваться во все сферы жизни в критических ситуациях придают Британской монархии особенное энергетическое влияние на умы и сердца подданных. Нерушимость традиций, честь и достоинство, демонстрируемые членами королевской семьи вызывают уважение у всего населения. Невозможно узнать, как так получилось, что в английской форме государственного устройства проявились истины древней китайской мудрости. Действия Английской короны внутри собственного государства стали происходить таким образом, как будто исполнительные институты власти были знакомы с работами Лао Цзы, Конфуция и Будды. Английская революция хоть и называется промышленной, все же дает основания утверждать, что на духовном состоянии британской нации революционные события отразились самым положительным образом. Чего не наблюдается в случае с Великой Французской революцией, хотя она то и носит название духовной. Просвещение всегда познание, но не всегда нужное, полезное, не всегда правильное и не всегда познание истины. Девиз «Свобода, Равенство, Братство» под которым происходили события Французской революции, изначально не имел под собой ничего реального. Участвуя в революционных событиях, люди после вынужденных страданий ждут реализации обещанных положительных перемен, когда этого не происходит, наступает разочарование. После эйфории и духовного подъема в начальной стадии, французской нации довелось пережить неоднократный террор, реставрации и множество унизительных поражений, пока в 1875 году после 86 лет, не прекращавшихся войн и революционных переворотов, не была объявлена третья по счету республика.