Олег не стал выяснять отношения с супругой, ему просто было не до этого. В Рязань приходили слухи один тревожнее другого. Продвигаясь к Оке, татары обходили стороной укрепленные города и повсеместно разоряли села на своем пути. Смерды толпами бежали в леса и на речные острова. Татары явно спешили, торопясь перейти Оку до того, как московский князь успеет преградить им путь на этом речном рубеже, как уже бывало в прошлом.
Пребывая в тревоге, Олег ожидал, что к нему вот-вот нагрянут Мамаевы послы с требованием выполнения им союзнических обязательств. Олегу волей-неволей придется вести рязанские полки на соединение с татарской ордой.
Вместо татарских послов в Рязани объявились гонцы из городка Глебова, лежавшего близ реки Вожи, впадавшей в Оку. Гонцы поведали Олегу, что татары разбили стан на берегу Вожи, а за этой неширокой речкой стоит заслоном московская рать во главе с князем Дмитрием. Еще гонцы сообщили, что татарским войском верховодит не Мамай, а мурза Бегич.
«Успел-таки Дмитрий собрать полки и выступить навстречу татарам! — подумал Олег, подавляя в себе приступ раздражения. — И не за Окой встретил нехристей Дмитрий, а на реке Воже, на моей земле. Сноровист Дмитрий, ничего не скажешь! И дозоры московлян не дремлют!»
От Рязани до речки Вожи десяток верст, не более. Олег отправил в ту сторону двух гридней на резвых лошадях, повелев им вести скрытное наблюдение за татарами и за воинством московского князя. Олег был уверен, битва между ордынцами и московлянами непременно случится. Хоть Дмитрий и расположил свои полки на выгодной позиции, это вряд ли остановит мурзу Бегича. Обмелевшая за лето Вожа, конечно же, не станет серьезным препятствием для татарской конницы. Вот только кто возьмет верх в этой сече: московляне или татары?
Как ни странно, но для Олега результат этого сражения был не менее важен, чем для московского князя. Если ордынцы одолеют воинство Дмитрия, тогда Бегич дойдет до Москвы, а Олегу достанутся Лопасня и Коломна как союзнику Мамая. Коль потерпит поражение Бегич, значит, и Олег останется ни с чем. Более того, Дмитрий может навести свои полки на Рязань, мстя Олегу за его союз с Мамаем.
На людях Олег делает вид, что всей душой желает победы Дмитрию. Вместе с женой и боярами Олег пришел в Спасо-Преображенский собор, чтобы помолиться о даровании Господом удачи московским полкам в противостоянии с ордой Бегича. Однако истинные мысли Олега были совсем иными. Ему казалось, что судьба вновь предоставляет ему возможность добиться желаемого татарскими саблями, как было в пору его юности, когда с помощью татар он захватил рязанский стол.
«Дмитрий ныне силен ратью, но вряд ли он сможет тягаться на равных с ордой, — размышлял Олег, вполуха внимая епископу Софронию, ведущему богослужение. — Бегич разобьет Дмитрия, должен разбить! И как только татары перейдут Оку, я тоже поведу свои полки на Москву. Надо ловить удачу за хвост!»
В томительном ожидании прошло два дня. От Олеговых лазутчиков приходили неутешительные известия: татары не двигаются с места, стоит неподвижно и московская рать. Дымят костры в становищах на обоих берегах Вожи. Олегу было вполне понятно, почему Дмитрий не идет в наступление. Численно московские полки уступают татарской орде, к тому же Дмитрию выгодно ожидать врага на своем более крутом берегу. Но почему Бегич тянет со сражением?
Занятый приготовлениями к возможному походу на Москву, Олег снова наведался в Вышгород, чтобы забрать из здешнего арсенала несколько сотен щитов, шлемов, мечей и копий. Олег решил привлечь под свои стяги смердов и городскую бедноту, сознавая, что вооружать черный люд ему придется за свой счет. Заодно Олег расспросил живущего в Вышгороде Бухторму о мурзе Бегиче. Что он за человек? И каков из него воитель?
Оказалось, что Бухторма прекрасно знает Бегича и может многое рассказать о нем. Бегич является давним и преданным соратником Мамая. Они даже по возрасту одногодки. Многими своими победами Мамай обязан Бегичу, который буквально вырос в седле и с младых лет не расстается с луком и саблей. Бегич весь покрыт шрамами, как старый волк. Он отважен и осмотрителен в опасности, знает немало военных хитростей, умеет поддерживать в войске суровую дисциплину.
После всего услышанного от Бухтормы Олег успокоился. Стало быть, Бегич весьма опытный полководец, можно сказать, правая рука Мамая. Бегич не зря медлит и выжидает, он наверняка затевает какую-нибудь хитрость. Возможно, татары переправятся через Вожу где-нибудь выше или ниже по течению и ударят Дмитрию в спину.
Олег приехал в Рязань поздним вечером, когда за дальним лесом начали гаснуть последние багряные отблески заката. Оружие и доспехи, погруженные в насады, должны были прибыть из Вышгорода на рязанскую пристань речным путем завтра поутру.