Olvido – Забвение

– Забвение, – очень тихо проговорила она, а глаза стали серо – черными, точно небо перед грозой. Егору показалось, что сейчас прогремит гром, засверкают молнии, а потом хлынет ливень. Но, ничего не произошло. Набежавшая туча неожиданно исчезла. Полина улыбнулась и, протянув ему серебряный ковшик, проговорила:

– Пейте же. Вода чистая, как слезы…

– Как чьи слезы? – поинтересовался Егор.

А Полина, вздрогнув всем телом, тихо прошептала:

– Как слезы матерей…

– Чьих? – Егор невольно тоже перешел на шепот.

– Ваших…

– Наших матерей? Не понял. Почему это наши матери должны плакать? Мы все очень примерные сыновья… – он замолчал и несколько минут наблюдал за тем, как меняется цвет глаз Полины. А потом, не выдержав, спросил:

– Да что происходит? Где мы? Полиночка, умоляю, если вы знаете, скажите мне. Объясните мне, почему все это с нами произошло? Умоляю вас, милая, откройте мне тайну забвения…

– Не велено-с, – равнодушно проговорила она. А глаза стали совсем черными.

– Полиночка, милая…

Раздался оглушительный гром. Егор от неожиданности уронил ковшик. И тут же прямо у его ног в землю вонзилась молния, точно огромный трезубец. Егор зажмурился, а когда открыл глаза, то Полины нигде не было. Она исчезла, испарилась.

– Ребята, – закричал Егор, понимая, что безнадежно потерялся. – Где вы, братцы? Ре-бя-та!

– Цы, цы, цы…

– Та, та, та… – отозвалось эхо.

– Болван, – обругал сам себя Егор. – Я просто круглый идиот. Вот куда теперь идти? Побежал за девицей, превратился в тупицу!

– Цу, ну, ну, – захохотало эхо.

– Да замолчи ты, без тебя тошно, – раздраженно крикнул Егор. Эхо затихло. – Что мне теперь делать? Эй, ты, что мне делать?

– Не зна-ю-ю-ю-ю… – выдохнуло эхо.

– Почем? – удивился Егор.

– Не велено-с-с-с-с.

– Кем? Что ты болтаешь ерунду? – Эхо не ответило. – Ты где? – ответом снова была тишина. – Ребята! Саня! Андрюха! Где вы? Где? – Егор до изнеможения кричал в пустоту.

– Андрюха, посмотри, сколько прошло времени? – потягиваясь, спросил Саша.

– Час, – ответил тот.

– Значит, Егора нет уже целый час. Многовато. Что будем делать: ждать или искать?

– Может, пойдем, а то надоело уже на одном месте сидеть. Да и не мешало бы местность обследовать.

– Большинством голосов принимается предложение продолжить движение. А куда прикажите двигаться? – спросил Саша.

– Вперед! – воскликнул Андрей.

– Позвольте уточнить, мой дорогой Андреич, что вперед – это везде! Куда ни посмотришь, везде только вперед, – рассмеялся Саша, разводя руками.

– Тогда, туда, – предложил Андрей, показывая направление.

– Значит вон к тому лесочку? – переспросил Саша.

– Именно. Наш молодой олень побежал именно туда, – ответил Андрей.

Ребята пошли вперед. Некоторое время они шли молча, внимательно глядя вперед. И не видели, что позади них с обеих сторон поднимается туман густой и тягучий, как кисель. Он возник из ниоткуда и двигался медленно, точно зверь на охоте, замирая и прижимаясь к земле. Туман, казалось, был живым существом, которое чутко реагирует на действия ребят. Когда Андрей заговорил, туман съежился, замер, выжидая.

– У меня такое впечатление, что мы маршируем на месте. Прошло полчаса, а мы не приблизились к этому лесочку ни на сантиметр. Мне все надоело здесь. Я, вообще, к маме хочу.

Серьезно? – Саша внимательно посмотрел на друга. Он впервые видел Андрея таким беззащитным и подавленным. Глупая бравада уступила место детской растерянности. Саше даже показалось, что Андрей сейчас расплачется. Поэтому он крепко обнял его за плечи и запел:

– Пора в дорогу, старина, подъем пропет,Ведь ты же сам мечтал увидеть, старина,Как на заре стучатся волны в парапет,И чуть звенит бакштаг, как первая струна.– Послушай, парень, ты берешь ненужный груз,Ты слишком долго с ней прощался у дверей.Чужими делает людей скупая грустьИ повернуть обратно хочется скорей,

– подхватил Андрей.

И дальше они уже пели вместе, отбивая шагами каждый такт:

– Дожди размоют отпечатки наших кед,Загородит дорогу черная стена,Но мы пройдем, и грянут волны в парапет,И зазвенит бакштаг, как первая струна.

– На, на, на… – зааплодировало эхо.

Ребята рассмеялись и принялись раскланиваться во все стороны. Но, когда они повернулись назад, то прямо перед собой увидели стену вязкого молочно-белого, киселистого тумана. Туман стоял плотной стеной от неба до земли.

– Ловушка, – шепнул Андрей, крепко сжимая руку друга.

– Капкан, – подтвердил Саша, отвечая крепким рукопожатием. – Глянь, что сзади?

– Сзади простор. Бежим!

– Погоди. Кисель следит за нами. Давай идти вперед спиной.

Они начали пятиться назад, крепко держась за руки. Кисель слегка потемнел от такой наглости и придвинулся ближе.