Опасные пациенты. От Йоркширского потрошителя до братьев Крэй: где лечатся и как живут самые жестокие преступники Великобритании

Определить, что является психическим заболеванием, а что нет, не так просто, как можно подумать. На самом деле различные состояния могут быть довольно изменчивыми. Как сказал нам доктор Амлан Басу, существует историческая перспектива для диагностики психических заболеваний. Критерии психических заболеваний со временем изменились. Всего несколько десятилетий назад гомосексуальность классифицировалась как психическое расстройство. С другой стороны, некоторые вещи определенно постоянны. К XVIII веку большинство людей приняли медицинскую точку зрения о безумии и увидели, что оно тоже является болезнью. До этого, в Средние века, например, существовала вера в то, что христианство может излечить душевные муки.

Развитие отношения к душевным болезням, появление исследований о психических заболеваниях – это глобальный и непрерывный процесс, поэтому улучшения в этой сфере в Англии влияют на лечение в других странах и наоборот. Первоначально известный как Государственная больница Пилигрима, Психиатрический центр Пилигрима открылся в 1931 году и был самой большой больницей в мире. В период своего расцвета в нем содержались 13 000 пациентов, и он был известен экспериментами с шоковой терапией, такими как инсулиношоковая и электросудорожная терапия. Приют стал местом великого отчаяния и страданий для тысяч пациентов. Сейчас он гораздо меньше, чем был когда-то, главным образом из-за дела Тарасовой, которое не только произвело революцию в области психического здоровья в США, но и оказало соответствующее влияние на институты в Великобритании.

Доктор Гвен Эдсхед рассказала об одном случае в Соединенных Штатах – том самом деле Тарасовой, – когда развитие событий там оказало огромное, продолжительное влияние на то, как сегодня лечат психические заболевания, изменило закон и активизировало исследования в области психического здоровья.

ВСЕГО НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТИЛЕТИЙ НАЗАД ГОМОСЕКСУАЛЬНОСТЬ КЛАССИФИЦИРОВАЛАСЬ КАК ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО, А В СРЕДНИЕ ВЕКА ВЕРИЛИ, ЧТО ХРИСТИАНСТВО МОЖЕТ ИЗЛЕЧИТЬ ДУШЕВНЫЕ МУКИ.

Татьяна Тарасова училась в Калифорнийском университете в Беркли. В 1968 году она познакомилась с Просенджитом Поддаром на занятиях народными танцами. Несмотря на то, что некоторое время они встречались, Тарасова порвала с ним после того, как Поддар стал ею одержим. Поддар воспринял это плохо, у него началась депрессивная фаза, и парень начал преследовать девушку. В 1969 году Поддар сказал университетскому психологу, что подумывает об убийстве Тарасовой.

Университетский психолог пытался заставить полицию кампуса задержать Поддара, полагая, что он может страдать параноидной шизофренией, однако юноша был немедленно освобожден: он притворился вменяемым и отрицал, что когда-либо рассматривал возможность убийства Тарасовой. Затем начальник приказал психологу Поддара больше не задерживать юношу, поскольку тот расценил сообщение полиции кампуса как нарушение конфиденциальности. Через три недели Татьяна была убита: Поддар зарезал ее кухонным ножом. Первоначально он был осужден за убийство второй степени и отсидел пять лет, но позже был освобожден при условии, что вернется в Индию.

Мать Тарасовой подала в суд на университет. Она утверждала, что ее дочь должны были защитить, что университетские психологи были явно лучше осведомлены насчет нарушения конфиденциальности, и что они должны были добиться задержания Поддара, и что Тарасову следовало бы непосредственно предупредить об угрозе. В ответ было заявлено, что конфиденциальность является основой терапии.

Дело было признано настолько важным, что дважды слушалось в Верховном суде Калифорнии. Наконец был сделан вывод, что конфиденциальность не является абсолютной и что врачи обязаны защищать третьих лиц, которым угрожает серьезная опасность насилия со стороны пациента. Это переросло в обязанность защищать и предупреждать. Принятие того, что защита общественности со стороны врачей важнее, чем конфиденциальность в отношениях между врачом и пациентом, стало переломным знаковым моментом.

Дело Тарасовой сыграло важную роль, вызвав волну исследований, изучающих связи между психическими заболеваниями и насилием. Эти исследования продолжались и в 1990-е годы, причем одним из главных и достаточно убедительных выводов было то, что связь между психическими заболеваниями и насилием в прошлом не только неправильно понималась, но и преувеличивалась. Проще говоря, если человек совершил акт насилия, это не значит, что он обязательно должен быть психически больным. Это было огромное открытие, которое привело к заметному сдвигу в судебной системе, которая решала, куда направляли преступников – в тюрьму или больницу.