Опасные пациенты. От Йоркширского потрошителя до братьев Крэй: где лечатся и как живут самые жестокие преступники Великобритании

Во время визита в 2018 году нам объяснили, что для персонала первичная подготовка занимает от 12 до 15 дней. Затем новоприбывшие становятся внештатными сотрудниками. Потом в отделении проходит второй вводный курс. Как правило, первый вводный курс занимаем месяц, а второй – три, поэтому подготовка гораздо более тщательная. Все ключевые сотрудники работают в административном здании с видом на больницу. Коридоры и лестницы тесные, серые, способные вызвать приступ клаустрофобии. В этом смысле всякое понятие «они и мы» тщательно избегается. Персонал не живет в сказочном великолепии и не работает в модных офисах с открытой планировкой. Во многих кабинетах пахнет больницей. Но что удивительно, тут царит дух веселого товарищества. Люди постоянно приветствуют друг друга в коридорах, выглядывают из-за дверей и предлагают чашечку чая.

Алекс прибыл в Бродмур из тюрьмы в 24 года. Он отбывал пожизненный срок в специальном тюремном отделении для особо опасных заключенных. С ним больше не могли справиться в том подразделении.

В 2014 году мы познакомились с ним в приемном отделении. У него диагностировали психическое заболевание и расстройство личности. Одним из диагностированных симптомов были «слуховые галлюцинации» – он слышал голоса, которых на самом деле не было.

«Я делал фруктовый салат для оценки. Я резал манго острым ножом. Голоса говорили мне, чтобы я напал на людей в комнате с ножом. Они подначивали меня. Мне удалось не напасть на окружающих. Два года назад я бы так и сделал».

Алекс стремился пойти на поправку после поступления. Лекарства стабилизировали его состояние, и он хотел перейти в реабилитационный центр, где, как он понимал, у него будет гораздо больше свободы.

Между Алексом и психиатром состоялся памятный разговор рядом с какими-то привинченными пластиковыми бирюзового цвета диванами. Алекс утверждал, что не знает, когда его перевезут. Он сразу же очень разволновался.

ВСЯКОЕ ПОНЯТИЕ «ОНИ И МЫ» ТЩАТЕЛЬНО ИЗБЕГАЕТСЯ. ПЕРСОНАЛ НЕ РАБОТАЕТ В МОДНЫХ ОФИСАХ В АТМОСФЕРЕ СКАЗОЧНОГО ВЕЛИКОЛЕПИЯ. ВО МНОГИХ КАБИНЕТАХ ПАХНЕТ БОЛЬНИЦЕЙ.

Не все попадают в приемную Бродмура, будучи непосредственно насильственными преступниками. Вместо убийства некоторые просто пребывают в крайне тревожном состоянии и совершают поступки, которые могут привести к серьезному риску для других. Например, Энтони попал в Бродмур, совершив поджог.

Энтони описывает свое психическое заболевание, которое привело к его поджогу, поистине крайне экстравагантно.

«Когда мне было 19 лет, я начал есть большое количество смолы каннабиса. У меня рождались идеи, которые, как я верил, могли решить проблемы всего мира, и я стал страдать манией величия. Вся энергия Вселенной – это Бог, и вы – Бог, и я – Бог. Я начал делать странные вещи, такие как лазанье по мостам и лавирование на крышах поездов. В тот период кто-то вломился в мою квартиру, вышиб дверь и угрожал мне, и дверь ударила меня по лицу после того, как я постучал по окнам, и я был неприятным соседом, у меня не было мобильного телефона, и после того, как он ушел, я забаррикадировал дверь, устроил пожар и попытался вызвать помощь».

У МЕНЯ РОЖДАЛИСЬ ИДЕИ, КОТОРЫЕ, КАК Я ВЕРИЛ, МОГЛИ РЕШИТЬ ПРОБЛЕМЫ ВСЕГО МИРА, И Я СТАЛ СТРАДАТЬ МАНИЕЙ ВЕЛИЧИЯ. Я НАЧАЛ ДЕЛАТЬ СТРАННЫЕ ВЕЩИ – ЛАЗИТЬ ПО МОСТАМ И ЛАВИРОВАТЬ НА КРЫШАХ ПОЕЗДОВ.

Сначала после этого странного инцидента Энтони отправили в средне охраняемое учреждение, и там он тоже попытался устроить пожар. Этот акт поджога непосредственно привел к тому, что его отправили в Бродмур. Он принимал профилактические антипсихотические препараты, и теперь, в Бродмуре, его психиатр очень хотел, чтобы он продолжил их пить.

Энтони не хотел принимать лекарство. Это нежелание принимать таблетки чрезвычайно распространено среди пациентов Бродмура и очень часто встречается при поступлении, особенно среди пациентов с длительным опытом приема сильнодействующих лекарств. Энтони, всегда красноречивый и необычайно углубленный в себя по сравнению со сверстниками, объяснил, что он фактически заключен в своем собственном больном уме. Мне это описание хорошо запомнилось.

«Чувствую себя просто ужасно. Не могу общаться. Я ничего не могу сделать, и это фактически делает меня умственно отсталым. Мой врач указывает на то, что Министерство юстиции и, вероятно, общественность не примут меня назад в общество без лекарств. То есть если я не буду принимать лекарства, то могу навсегда застрять здесь».

Как видно, у таких пациентов, как Энтони, впереди сначала длительный период смирения и подготовки, прежде чем они смогут начать активную реабилитацию и вернуться в конце концов из Бродмура, обратно в учреждение средней безопасности.