Оппенгеймер. История создателя ядерной бомбы

Люди, знавшие ее, отзывались о ней по-разному. Одни восхищались ею, а другие считали ее лживой и недостойной уважения женщиной. Скорее всего, истина лежала где-то посередине. Кэтрин производила хорошее впечатление на тех, кто ей нравился, и не думала о том, какое впечатление производит она на тех, кто не заслуживал ее расположения.

В августе 1939 года на вечеринке, устроенной друзьями, Кэтрин Харрисон познакомилась с Робертом Оппенгеймером. В то время она была аспиранткой в Калифорнийском университете и параллельно сотрудничала с физиком из Калтеха Чарльзом Лауритсеном, который занимался исследованиями в области лучевой терапии онкологических заболеваний. Лауритсен с супругой и устроили ту самую судьбоносную вечеринку.

Надо сказать, что после разрыва с Джин Тэтлок Оппенгеймер не переживал свое горе в одиночестве, но знакомство с Кэтрин выделялось из ряда прочих глубиной возникших у него чувств. Оппенгеймер предложил Кэтрин и ее мужу провести лето в Нью-Мексико, где у него давно уже было свое ранчо. Но вышло так, что Ричард Харрисон не смог воспользоваться приглашением, и Кэтрин отправилась в Нью-Мексико с уже упоминавшемся выше Робертом Сербером и его женой Шарлоттой.

Неизбежное случилось очень быстро, то ли в Перро Калиенте, то ли в доме Кэтрин Чавес Пэйдж, к которой наш герой некогда испытывал романтический интерес. (Ах, как причудливо переплетаются нити судьбы! И там Кэтрин, и здесь Кэтрин!) Кэтрин Харрисон забеременела от Оппенгеймера, развелась с Ричардом (развод оказался легким, поскольку его хотели обе стороны), и 1 ноября 1940 года вышла замуж за нашего героя. Так Джулиус Роберт Оппенгеймер стал семейным человеком и без пяти минут отцом.

Были ли Оппенгеймер счастлив с Кэтрин, которая стала для него Китти, или нет? И насколько желанным вообще был этот брак, единственный в его жизни? Известно, что на момент их знакомства Кэтрин уже собиралась уйти от Ричарда, который разочаровал ее «полностью и окончательно», как писала она одной из своих подруг. Что же касается Оппенгеймера, то о его отношении к Кэтрин судить сложно. С одной стороны, он активно стремился с ней сблизиться, но то же самое происходило и с другими женщинами, появившимися в его жизни после расставания с Джин Тэтлок. Уж не стала ли беременность определяющим фактором? С другой стороны, трудно представить, чтобы Роберт Оппенгеймер, живший по правилу «делай так, как считаешь нужным», мог пойти на такой ответственный шаг, как женитьба, против своей воли. Беременность Кэтрин могла подтолкнуть нашего героя к принятию решения о женитьбе, но не навязать его. «Мой брат всегда знал, чего он хочет, и этим выгодно отличался от меня, – сказал в одном из интервью Фрэнк Оппенгеймер. – Заставить его сделать что-то против желания было невозможно, все равно, что заставить солнце взойти на западе. Он просто делал так, как считал нужным, всегда и везде. Он был свободным человеком в полном понимании этого слова».

Интересная деталь – на свадьбе Роберта и Кэтрин не было гостей. В свидетели пригласили тех, кто подвернулся под руку, секретаря суда и уборщика. Скорее всего, такой максимально скромной церемония стала по желанию нашего героя, потому что Кэтрин любила принимать гостей, устраивать вечеринки и вообще «жить напоказ».

Сразу же после свадьбы Оппенгеймер снял дом в Беркли на Кенилворт-корт, хорошо запомнившийся многим из его учеников, к которым наш герой относился как к членам семьи, а членов семьи принято приглашать на обеды. Оппенгеймера нельзя было назвать эталонным хлебосолом, но двери его дома всегда были открыты перед учениками, и не только перед ними. Жившие в Беркли коммунисты часто бывали здесь на собраниях. А что такого? Почему бы людям не собраться в приятной компании для обсуждения «живонасущных» вопросов бытия? В то время многие представители американской интеллигенции разделяли левые идеи, ведя при этом типично правую, буржуазную жизнь, и никого подобная дихотомия не напрягала (достопочтенный Джозеф Маккарти[59] только недавно стал окружным судьей в Висконсине и вряд ли предполагал, в какие выси забросит его судьба). Поскольку среди знакомых четы Оппенгеймер было много «левых», у наблюдателей могло создаться впечатление, что коммунистические собрания проходят в доме на Кенилворт-корт одно за другим, но на деле чаще собирались просто ради общения. Кэтрин пользовалась среди коммунистов уважением как вдова героя, погибшего в борьбе за правое дело, и с ней охотно общались видные партийные деятели. Заодно они общались и с Оппенгеймером. А круг общения во многом формирует мнение о человеке.