Орудия Ночи. Жестокие игры богов

– Каждый день прибывают все новые чалдаряне, дядюшка. Кораблями добираются из Фиральдии и других западных королевств. В Гериг приехали воины из Братства Войны. Мои фуражиры столкнулись с ними на равнине возле Мегаэды. И правоверным пришлось несладко.

– Сколько их было?

– Меньше сотни, но все опытные вояки, побывавшие в кальзирском священном походе. Они отогнали нас от Герига.

– Я чувствую ваше разочарование, но не знаю, что тут еще сказать, – признался Нассим.

– Дядюшка, я не за утешением приехал. – Юноша уже дважды использовал это почтительное обращение, и Нассим чувствовал, как сердце переполняется гордостью. – Мне нужны ваши мудрые советы.

– Вы мне льстите, вряд ли я смогу помочь. Мои немногочисленные победы остались в далеком прошлом.

Юный Аз пожал плечами:

– Дядюшка, я боюсь. Они просто сокрушили нас. Ни одна наша ловушка не сработала, они прекрасные воины. – Азим криво усмехнулся. – Я боюсь, потому что Предводитель Войска Праведных, как говорят, еще более склонен к дисциплине, чем все арнгендцы, с которыми мы имели дело раньше. И он приведет сюда шестьдесят тысяч солдат.

– Не теряйте уверенности, – с улыбкой отозвался Гора. – Наш Господь еще преподнесет всем сюрприз. – Сам он вовсе не был так убежден в том, что говорил.

Чем капитан Тейдж обязан ша-луг? Помнит ли он вообще, что был воином Бога, кроме которого нет иного бога? Тейдж стал другим человеком – совсем не тем, кем его посылали стать.

– Правоверные, побывавшие у моря, рассказали, что первые отряды чалдарян, идущие по суше, уже добрались до перешейка Антал, – сказал юный Аз.

Нассим хорошо понимал, какое отчаяние охватило юношу. Индала сделал все, что мог, и объединил каифаты, но слишком поздно. Да и объединение толком не завершилось и, возможно, уже не завершится никогда из-за упрямства Дринджера и ша-луг.

– Верьте в Господа, – посоветовал Нассим, опасаясь, что слова его прозвучали недостаточно убедительно.

– Я верю, – очень тихо, так, чтобы услышал один лишь Гора, сказал Аз. – Но поверит ли Он в меня?

– Тут я лучше промолчу, не хочу никого огорчать.

Юноша понял шутку. Слишком многие правоверные и понятия не имели о существовании чувства юмора.

Гора не был уверен, стоит ли поклоняться Господу, который не умеет смеяться.

Ни разу в жизни не встречал Нассим никаких доказательств тому, что Бог имел хоть малейшее представление о том, что такое смех.

– О моих тяготах вы теперь знаете, расскажите о своих, – попросил юный Аз.

– О моих? Ах да, конечно! Если бы я добился своего, то здесь бы не сидел.

Юноша выслушал рассказ Ализарина и сказал:

– Нужно его осадить.

– Да ну?

– Он один, и помощников у него нет. Колдун не возобладал еще над теми призраками и демонами, которых хотел привлечь на свою сторону, так?

– Так.

– Тогда оцепите Анделесквелуз, сомкните кольцо как можно теснее и стягивайте его при каждой удобной возможности. Изводите его мелкими нападками, устраивайте засады, когда отправится воровать еду. Ему ведь приходится из-за особенностей местности выбирать определенные тропы? Поставьте там свои орудия с огненным порошком. Понаделайте ловушек, чтобы его измотать. Пусть теряет силы – понемногу, но постоянно.

– Я подумаю над этим.

Азим в точности описал то, чем и так занимался Нассим, вот только фальконеты Гора не использовал.

– Превосходно. Итак, пока мы в окружении сладострастных дев-плясуний не уселись вкушать павлиньи язычки, скажите, что мне сделать для вас по возвращении в Шамрамди? Попросить ли родича что-нибудь вам прислать?

– Нет. Он и так был щедр сверх всех моих надежд и ожиданий.

– Вам ничего не нужно?

– Конечно же нужно – огненный порошок. Он всегда мне нужен. Но я не могу просить того, чего получить нельзя.

– Понимаю. Мне очень жаль, дядюшка, но вы правы. Больше его не достать. Лучшие ремесленники, которые его делают, живут не в Обители Мира. А правоверным они больше свой товар не продают.

Именно так. Бывшие Нассимовы поставщики не желали больше принимать от него посланцев – боялись, что их имена станут известны полководцам нового священного похода.

Ализарин вышел из узкой полоски тени и вгляделся в далекие вершины, среди которых виднелась и Гора Ашер. Был ли некий божественный промысел в том, что его самого прозвали Горой? Неужели Ашер был написан у Нассима на роду с самого его рождения?

30Коннек, Антье, возвращение Вдовы

Бернардину Амбершелю с трудом удалось сдержать радость, когда вернулись Кедла Ришо и Правосудные. Это был величайший для Антье день: побоище, устроенное бротским войском, отомщено, виновного в нем злодея, закованного в цепи, ведут к собору, где сгорело заживо столько невинных людей.

Горожане с завываниями швыряли в плененных врагов грязью. Ни Бронт Донето, ни Анна Менандская этого не замечали, но наибольшее милосердие к ним проявили именно те, кого они преследовали столь жестоко, – мейсаляне, ищущие свет. А больше всех свирепствовали пробротские епископальные чалдаряне, стремившиеся отмежеваться от падшего патриарха. Их родным тоже досталось во время взятия Антье.