Осень 1914 года. Схватка за Польшу

17 октября в решительное наступление перешла 2‐я армия (к вечеру этого дня русские вошли в Лодзь), 18‐го числа – 5‐я, 19‐го – 4‐я, 20‐го – 9‐я армия. То есть Юго-Западный фронт (4‐я, 9‐я армии) также наносил главный удар своим правым флангом. Таким образом, фронт противника дробился на две группы – немцы отходили на запад и северо-запад, австрийцы – на юго-запад. В сражении 18–20 октября на реке Опатовка австрийцы (1‐я армия) были окончательно разгромлены русской 9‐й армией. Небольшие воспоминания об опатовском сражении оставил начальник 18‐й пехотной дивизии (14‐й армейский корпус) П.О. Папенгут. Начдив пишет, что 18 октября дивизия выступила двумя колоннами: правая – Е.М. Михелиса, бывшего в начале войны временным комендантом Ивангорода (2‐я бригада, 2‐й дивизион 18‐й артбригады и 14‐й мортирный дивизион) и левая – М.П. Михайлова (1‐я бригада и 1‐й дивизион 18‐й артбригады). После незначительного боя у деревни Малицы вечером было получено сообщение о бое 45‐й дивизии к югу от Опатова. Михелис решил ее поддержать двумя батальонами 71‐го пехотного Белевского полка. В 10 часов утра 19 октября 1‐й батальон подполковника И.Д. Даценко захватил австрийские пулеметы штыковой атакой (4 пулемета и более тысячи пленных) и неприятель побежал, преследуемый белевцами. В 6 часов утра 20 октября вся дивизия пошла в атаку, где более прочих отличился 72‐й пехотный Тульский полк, занявший деревню Влотов, и захвативший 9 орудий, пулеметы и пленных. Днем к австрийцам подошло подкрепление, и они оттеснили дивизию. В 5 часов дня, чтобы не терять людей под плотным огнем, Папенгут отдал приказ атаковать всем одновременно. Атака, начатая в 6.00 вечера Белевским полком, привела к тому, что австрийцы, имевшие превосходство в силах, побежали. Общие трофеи 18‐й пехотной дивизии составили 3 гаубицы, 16 легких орудий, 17 пулеметов и 3000 пленных, в том числе 74 офицера. Потери – 34 офицера и 1764 солдата[104].

На следующий день 3‐й Кавказский корпус из состава 4‐й армии стал охватывать австрийский фланг, и генерал Данкль, поняв, что сделать уже ничего не удастся, отдал приказ о скорейшем отходе к Краковскому крепостному району. Казалось бы, что дело за малым – организовать преследование и добить расстроенные ряды врага. Однако этот успех дался дорогой ценой: контратаки австрийцев под Сандомиром и на р. Сан против 3‐й армии побудили главкоюза Н.И. Иванова направить наступление 4‐й и 9‐й армий южнее, на помощь 3‐й армии Р.Д. Радко-Дмитриева, на краковское направление. Именно поэтому были остановлены 2‐я и 5‐я армии, чрезмерно растянувшие свой фронт. Перенос русской стороной усилий на Юго-Западный фронт помог 9‐й германской армии выскользнуть из возможного окружения: вместо направления 4‐й и 5‐й армий на северо-запад, чтобы перехватить пути отхода германцев, русское командование поворачивает эти армии на краковское направление, на юго-запад. Благодаря этому Гинденбург смог отвести свои войска и приступить к перегруппировке для предстоящего контрудара.

Совершенно неожиданно для войск директивой Верховного главнокомандующего от 20 октября наступление армий Северо-Западного фронта прямо в западном направлении было приостановлено, чтобы «оказать полное содействие правофланговой армии [4‐й] Юго-Западного фронта для овладения Радомским районом». Дело в том, что главкоюз Н.И. Иванов под предлогом угрозы русскому наступлению с южного фланга потребовал переноса главного удара против австрийцев. Просто-напросто командарм-4 А.Е. Эверт, вместо того чтобы выйти на правый фланг 9‐й германской армии, сдерживавшей русскую 5‐ю армию П.А. Плеве, наступавшую по фронту, испугался неблагоприятного развития боев на своем собственном южном фланге, где наступала 9‐я армия П.А. Лечицкого, и потребовал помощи от 5‐й армии.

В итоге произошел сдвиг армий, нацеленных Ставкой на Германию, к югу, преимущественно против Австро-Венгрии. Пока главкосевзап Н.В. Рузский перегруппировывал свои резервы на юг и юго-восток, войска Юго-Западного фронта продолжали идти вперед, тесня откатывающихся австрийцев. Следовательно, после данной директивы от 20 октября уже не Юго-Западный фронт стал равняться по армиям Северо-Западного фронта, наносившим главный удар под Варшавой и Ивангородом, а наоборот.

Вторжение в Германию было поставлено в зависимость от исхода сражения на ченстохово-краковских позициях. Перемена направления главного удара, наряду с нерешительным преследованием по разбитой боями территории, позволила 9‐й германской армии выскользнуть из совсем было уже обозначившегося кольца. Как считали уже после войны советские военные специалисты, «9‐я германская армия могла быть окружена. Она ускользнула от окружения благодаря нерешительности Ставки, центробежных стремлений фронтов и невыполнению задач командующими 2‐й и 4‐й армиями, из коих первый не сумел выйти в левый фланг и тыл немцам, а последний вместо содействия 5‐й армии и обхода правого фланга немцев запросил себе помощи от 5‐й армии»[105].