Освобождение Руси от ордынского ига

Первый известный пример успешной обороны рубежа Оки относится к 1459 г. Узнав, что «татарове Седи-Ахметевы похвалився на Русь пошли», «князь велики Василеи отпустил противу их к Берегу сына своего великого князя Ивана со многими силами». Судя по тому, что во главе русских войск стоял не воевода, а сын-соправитель великого князя, можно думать, что речь шла о борьбе с достаточно большим отрядом ордынцев. В то же время это были, очевидно, не основные силы Орды: во главе их летопись не называет хана. На переправах через Оку произошел бой: великий князь Иван «не перепусти» татар за реку, «отбися от них, они же побегоша».[250] Лаконичное известие летописца не содержит никаких подробностей. Однако о значении, которое придавалось этому событию, свидетельствует то, что в Кремле в честь него была воздвигнута новая каменная церковь Похвалы Богородицы.[251] На берегах Оки в 1459 г. произошло, по-видимому, действительно знаменательное событие. Была одержана важная победа по меньшей мере тактического масштаба: впервые за всю историю борьбы с Ордой удалось отстоять оборонительную линию Оки и предохранить Русскую землю от очередного опустошительного вторжения.

Победа русских на Оке в 1459 г. произвела, видимо, впечатление и на ордынцев. Когда летом следующего 1460 г. хан Ахмат, сменивший Сеид-Ахмета, предпринял очередной поход на Русь, он ограничился нападением на Переяславль-Рязанский на правом берегу Оки. Наиболее подробный рассказ об этом событии содержится в Ермолинской летописи:[252] Ахмат стоял под городом три недели, «на всяк день приступая ко граду, бьющеся». Но рязанские «граждане» «одолеваху ему и много у него татар побиша», от чего Ахмат вынужден был пойти «прочь с великим срамом». По словам летописца, один из приближенных Ахмата, Казат-улан, «привел его, не чающе от Руси ничего сопротивления». Это объяснение кажется правдоподобным: после отпора в 1459 г. ордынцы не рассчитывали на успех на главном (московском) направлении, а попытались нанести удар по слабому (по их предположению) участку. Героическая оборона Рязани сорвала надежды Ахмата и его мурз поживиться легкой добычей. Не следует забывать и того, что после смерти рязанского великого князя Ивана Федоровича весной 1456 г. Рязанская земля по его завещанию попала под временный протекторат Москвы: великий князь Василий «на Рязань посла наместники своя и на прочая грады».[253] Рязань оказалась включенной в общерусскую систему обороны южного рубежа, участие московских войск в защите Рязани вполне вероятно.

60-е годы XV в. — время крупных перемен в русско-ордынских отношениях. С момента вокняжения Ивана III в 1462 г. начинается последний, решающий этап борьбы Русской земли против ордынского ига за полное восстановление национального суверенитета. Хан Ахмат, пришедший к власти около 1460 г.,[254] в свою очередь ставит перед собой широкие задачи, стремясь к возрождению былого могущества империи Чингизидов. Одно из основных звеньев в политической программе Ахмата — восстановление полного политического господства Орды над Русью.

Политический кругозор Ахмата был достаточно широк. Известно о его переговорах с Венецией в самом начале 70-х гг. По венецианским источникам хан был готов заключить союз с республикой и выставить 200 тыс. конницы[255] против Османской империи, но требовал больших денежных субсидий (по 10 тыс. дукатов в месяц).[256] Для установления контактов 2 апреля 1471 г. венецианский сенат постановил отправить к Ахмату своего секретаря Дж. Баттиста Тревизана.[257] Задержанный в Москве по небезосновательному подозрению в шпионаже, Тревизан добрался до Орды только в 1474 г.[258] Хотя переговоры Ахмата с Венецией и не привели к заключению союза, они красноречиво свидетельствуют о международных притязаниях и амбициях хана.

Проводя широкомасштабную политику, Ахмат рассчитывал на создание мощной антирусской коалиции, основой которой должен был быть союз с Литвой. Казимир Литовский со своей стороны стремился к такому союзу в интересах дальнейшей экспансии против Руси и сохранения власти над русскими землями, захваченными в прежние времена.

Первые сведения о литовско-ордынских переговорах помещены в летописи под 1470/71 г. По-видимому, в конце 1470 г. к хану прибыл королевский посол Кирей с предложением союза против Русского государства.[259] 1470 год — время значительного обострения положения в Восточной Европе. Военное столкновение Москвы с Новгородом и литовская интервенция на стороне последнего становились реальной перспективой. От исхода этого столкновения зависело будущее Русской земли и всей Восточной Европы. Неудивительно, что именно в этот момент Казимир предложил союз Ахмату, стремясь заручиться помощью могущественного ордынского хана.