От Сталинграда до Берлина. Операции советских войск и вермахта. 1942-1945

К середине месяца немцам было точно известно лишь о концентрации к востоку от Берлина войск 1-го Белорусского фронта. Обо всех остальных аспектах подготовки противника к наступлению они имели лишь смутные, а зачастую и обманчивые представления. Гитлер и под его влиянием Ф. Шернер к концу марта пришли к твердому убеждению, что русские попытаются осуществить наступление на Берлин и взятие Праги. В апреле немецкая разведка потеряла местонахождение советской 3-й гвардейской танковой армии. По ее предположениям, армия была развернута восточнее Бунцлау якобы для нанесения удара в южном направлении на Циттау, между Рудными горами и Судетами, а оттуда – на Прагу. 10 апреля Ф. Шернер, которому приказом фюрера было присвоено звание генерал – фельдмаршала, заявил Гитлеру: «Следует считать, что противник будет наступать между Гёрлицем и Левенбергом (этот населенный пункт расположен к югу от Бунцлау). В отделе «Иностранные армии Востока» долго размышляли над вопросом о том, где будет нанесен главный удар, но в своем докладе от 13 апреля его офицеры пришли в основном к тому же выводу. В частности, там также упоминалось о том, что главный удар 1-го Украинского фронта будет нанесен северо-восточнее Гёрлица – Левенберга. В результате к моменту начала советского наступления Ф. Шернер держал половину своих резервов (две танковые дивизии) примерно в 80 км от района сосредоточения основных усилий русских.

11 апреля Гитлер распорядился, что Г. Хейнрици должен отдать приказ группе армий быть готовой к своей главной битве, которая начнется уже в эту или в следующую ночь. Он пояснил, что в тот день американцы вышли к Эльбе в районе Магдебурга. Поэтому русским, если они намерены получить свою долю территории Центральной Германии, должны начать наступление, даже если они не успели к нему изготовиться. (Передовые части американской 9-й армии 11 апреля вышли к Магдебургу и после того, как они переправились через Эльбу к вечеру следующего дня, находились в 80 км от Берлина).

12 апреля Г. Кребс передал начальнику оперативного отдела штаба группы армий «Висла» мнение фюрера о том, что группа армий должна одержать «колоссальную победу», так как нигде более в Германии фронт не был так прочно укреплен и нигде больше армии не имели такого снабжения боеприпасами. В ответ офицер заявил, что фюрер должен учитывать численность противника, а также то, что группе армий вряд ли будет достаточно имеющихся запасов боеприпасов для ожидающегося длительного сражения, а запасов горючего в войсках уже сейчас недостаточно.

14 апреля пять советских дивизий при поддержке 200 танков предприняли неудачную попытку штурма Зеловских высот, к западу от Кюстрина (это была разведка боем, они вклинились в оборону немцев на глубину до 5 км. – Ред.). На следующий день русские больше не пытались наступать, и Г. Хейнрици решил, что противник, вероятно, решил выждать. Сначала он собирался отвести войска с передового оборонительного рубежа, но отказался от этой мысли, поскольку предыдущие атаки русских продемонстрировали, что солдаты буквально «цеплялись» за линию обороны. И командующий принял решение оказывать им всю возможную поддержку. В своем приказе от 14 апреля Гитлер предался разглагольствованиям о немецких офицерах-предателях, находившихся на содержании у русских, о немецких женщинах, превратившихся в проституток. Он предпочел увидеть милость Божью «в смерти величайшего военного преступника всех времен» (Ф. Рузвельта). Далее он подчеркнул, что начиная с января он сделал очень много для того, чтобы укрепить фронт, для того, чтобы «большевиков и на этот раз постигла участь всех азиатских орд. Они изойдут кровью, прежде чем дойдут до германской столицы». Он призвал защищать не пустые слова об Отечестве, а драться за свои дома, своих женщин и детей и, следовательно, за будущее немцев.

Окружение

Наступление войск 1 – го Белорусского и 1 – го Украинского фронтов началось 16 апреля перед рассветом. Более мощному 1-му Белорусскому фронту была поставлена и более серьезная задача. Его главные силы, развернутые на 30-километровой полосе между Вриценом и Зеловом, должны были пересечь болотистую пойму рек Одер и Альте – Одер и занять Зеловские высоты. Русские нанесли удар после наступления темноты. Они попытались добиться эффекта внезапности. Кроме того, для освещения переднего края немецкой обороны и ослепления противника русские использовали множество мощных прожекторов. Пехота пошла вперед после мощнейшей артиллерийской подготовки. Однако свет прожекторов не дал ожидаемого эффекта. В пыли, дыму и темноте цепи пехоты сталкивались друг с другом. К наступлению утра неразбериха была полной. Русским повезло, что в этой нервной обстановке занятые собой немцы не смогли воспользоваться этой путаницей и предоставили русским самим разбираться со своими проблемами. (Автор плохо понимает, что происходило, – американцы подобных боев никогда не вели. – Ред.)