Память и забвение руин

Палеонтолог из «Хребтов безумия» при описании ископаемых останков одного из строителей чудовищных руин теряется в догадках относительно систематической принадлежности своей находки. В его тексте странным образом смешиваются термины, относящиеся к живым существам различных уровней организации:

бочкообразное пятискладочное тело… Семифутовые перепончатые «крылья»… идут из борозд между складками. […] В центре тела, на каждой из пяти вертикальных… складок – светло-серые гибкие лапы-щупальца. […] Венчает торс – […] раздутая, как от жабр, шея, на которой сидит желтая пятиконечная, похожая на морскую звезду, головка…317

И далее в тексте содержится очень важное замечание, словно иллюстрирующее концепцию лиминальности антрополога Виктора Тэрнера:

…будучи в некоторых отношениях чрезвычайно примитивной и архаичной, эта тварь имела систему ганглиев и нервных волокон, свойственных высокоразвитому организму. […] Причислить ее куда-либо было невозможно. […] Обладая признаками растения, она на три четверти принадлежала к животному миру318.

Само по себе понятие лиминальности основано на предположении о реальном, а не иллюзорном характере классификаций, однако лиминальные сущности кажутся сконструированными специально для того, чтобы противоречить всем основаниям классификации. Обладая признаками противоположных классов, они проскальзывают сквозь ячейки таксономий и поэтому оказываются «ненаходимыми» для обыденного сознания. Как писал Тэрнер,

свойства лиминальности или лиминальных personae («пороговых людей») непременно двойственны, поскольку и сама лиминальность, и ее носители увертываются или выскальзывают из сети классификаций, которые обычно размещают «состояния» и положения в культурном пространстве. Лиминальные существа ни здесь ни там, ни то ни се; они – в промежутке между положениями, предписанными и распределенными законом, обычаем, условностями и церемониалом. Поэтому их двусмысленные и неопределенные свойства выражаются большим разнообразием символов… Так, лиминальность часто уподобляется смерти, утробному существованию, невидимости, темноте, двуполости, пустыне, затмению солнца или луны.

Лиминальные существа, например неофиты в обрядах инициации или совершеннолетия, могут представляться как ничем не владеющие. Они могут наряжаться чудовищами, носить только лохмотья или даже ходить голыми…319

Ключевое слово произнесено: чудовища. Представление о чудовищном создается в культуре с той же целью, что и лиминальность, – для того чтобы обозначить границу, отделяющую правильную и упорядоченную часть мироздания от хаоса. Как утверждает Закия Ханафи, чудовища нужны культуре для определения границ человеческого – то есть всего того, что располагается между полуживотным и полубогом320. Тогда архетипом всех лиминальных существ оказывается описанная Гомером Химера,

коей порода была от богов, не от смертных:Лев головою, задом дракон и коза серединой,Страшно дыхала она пожирающим пламенем бурным321.

Боги, будучи, в отличие от людей, совершенными, способны преодолевать границы классификационных схем, зато люди обладают свободной волей.

В европейской культуре чудовища возникают как следствие новых открытий, как побочный результат освоения нового. И это новое первоначально связано с границами ойкумены, с маргинальностью, с лиминальными сущностями: недаром Новое время началось с Великих географических открытий.