Парадокс добродетели. Странная история взаимоотношений нравственности и насилия в эволюции человека

В пользу того, что бонобо самоодомашнены, говорит очень многое. Бонобо, бесспорно, менее агрессивны, чем шимпанзе. Их общий с шимпанзе предок, согласно реконструкциям, был похож на шимпанзе анатомией черепа, мозгом и поведением. Отличия бонобо от шимпанзе, как анатомические (строение черепа), так и психологические (склонность к игре и сексу), характерны для синдрома одомашнивания. Все эти черты бонобо сложно объяснить с классической адаптационной точки зрения. Неубедительна тут и гипотеза параллельной адаптации, согласно которой пониженная агрессия, педоморфный череп, укороченное лицо и мелкие зубы бонобо эволюционировали параллельно в ответ на разные стимулы естественного отбора. Однако Беляев обнаружил у одомашненных животных ряд признаков, которые, судя по всему, наблюдаются и у бонобо. Правило Беляева, как мы его называем, заключается в том, что отбор против реактивной агрессии приводит к развитию синдрома одомашнивания. Эта идея хорошо согласуется с нашими знаниями о бонобо, потому что в популяциях их предков отбор, судя по всему, действовал против реактивной агрессии, что и привело к появлению синдрома одомашнивания. В свете этого объяснения многие признаки, отличающие бонобо от шимпанзе, представляются не адаптивными, а эволюционировавшими в качестве случайных побочных эффектов отбора против реактивной агрессии. Эту гипотезу следовало бы проверить с помощью генетических тестов – в частности, сравнивая гены клеток нервного гребня у шимпанзе и бонобо.

Данные в пользу самоодомашнивания бонобо позволяют по-новому взглянуть и на эволюцию позвоночных в целом. Ведь если другие виды тоже подвергались отбору на пониженную агрессию, то и у них с высокой вероятностью должен наблюдаться синдром одомашнивания. А если это так, то соски у самцов млекопитающих окажутся не таким уж исключительным явлением. Как мужские соски являются следствием ограничений развития, а не адаптационного процесса, так и другие черты синдрома одомашнивания, такие как укороченные лица, мелкие зубы и белые пятна, возможно, возникают вследствие ограничений развития – даже у диких животных. Наши знания о бонобо позволяют предположить, что пониженная агрессия сплошь и рядом приводит к случайному возникновению побочных эффектов.

Эти данные проливают новый свет и на эволюцию человека. Ведь если бонобо были самоодомашнены, возможно, то же самое произошло и с людьми.

Единственное, чего не объясняет гипотеза о самоодомашнивании: почему у бонобо произошло снижение уровня агрессии?

Может показаться, что более агрессивные животные всегда будут выигрывать в эволюционной гонке. Но на самом деле, конечно, переизбыток чего угодно редко бывает полезен. Животное, которое слишком часто или слишком яростно дерется, растрачивает энергию и подвергается ненужному риску. Секрет успеха – в балансе: драться только тогда, когда это необходимо и когда победа стоит того, и не тратить на это слишком много сил.

Почему же агрессия для бонобо оказывается менее выигрышной стратегией, чем для шимпанзе? У самцов шимпанзе агрессия проявляется часто и принимает самые опасные формы, чего нельзя сказать о самцах бонобо. Поэтому вопрос касается в основном самцов. По какой-то причине психология бонобо – но не шимпанзе – эволюционировала таким образом, что самцы стали менее заинтересованы в доминировании над другими – как самками, так и самцами. В конечном счете вопрос сводится к тому, почему в процессе эволюции бонобо дружелюбные самцы, менее склонные к агрессии, получили репродуктивное преимущество.

Женские коалиции – важная составляющая ответа на этот вопрос³⁴. Самец бонобо, напавший на самку, вполне может одержать победу, если в пределах слышимости нет других самок. Но самки бонобо редко отходят друг от друга на большое расстояние. Так что обидчику стоит учитывать, что на помощь самке, услышав ее крик, в течение нескольких секунд придут подруги. Сообща самки представляют собой настолько грозную силу, что самцу обычно ничего не остается, кроме как спасаться бегством. Эта женская солидарность объясняет, почему самцы так быстро сдаются во время конфликтов из-за еды – а также почему так редко нападают на самок и в среднем занимают в иерархии положение не выше, чем они. Коалиционные нападения происходят не так часто – в этом просто нет необходимости. Приматологи Мартин Зурбек и Готфрид Хохманн показали, что хотя самки в дикой природе весьма успешно пользуются преимуществами, которые дают им коалиции, делают они это редко – в основном когда самцы пытаются нападать на детенышей³⁵. Пусть самки и уступают самцам по размеру, они эффективно умеют им противостоять. А самцы, судя по всему, помнят, за кем сила, и хорошо понимают, что физическое превосходство можно побороть количеством.