Парадокс мудрости. Научное опровержение «старческого слабоумия». Революционный взгляд на мышление человека

В то время как истории, собранные в этой главе, делают чтение более занимательным, важно не упустить главный вопрос: несмотря на их часто серьезные психические заболевания, большинство этих лидеров оставалось под контролем. Хотя, несомненно, защищенные слоями и слоями помощников и секретарей, большинство из них, как героев, так и негодяев, продолжали оставаться у руля своих стран как реальные лидеры, а не просто номинальные главы. Большинство из них были на самом верху проводимых ими политических игр почти до самого конца. В то время как потрясающе невероятное на первый взгляд, это часто подтверждалось на всем протяжении истории. Как мы уже видели, ряд великих деятелей культуры были способны поддерживать свою артистическую интуицию, несмотря на серьезное когнитивное разрушение, даже слабоумие.

То, что позволило этим замечательным личностям доминировать, несмотря на неврологическое ухудшение, был предварительно развитый механизм распознавания образов, который сделал для них возможным решать широкий диапазон новых ситуаций, проблем и задач, как если бы они были привычными, – преимущество, которого тем, кто был рядом с ними и был против них, не хватало. Замечательные личности, описанные в этой главе, являются случаями, о которых идет речь в утверждении Герберта Саймона о том, что распознавание образов – это самый мощный когнитивный инструмент, находящийся в нашем распоряжении. Их истории показывают с четкостью полной драматизма, что механизм распознавания образов в поразительной степени может противостоять результату старения мозга; что защита, предлагаемая этим механизмом стареющему разуму, может быть глубокой; и что поддерживающий эффект хорошо развитого арсенала важнейших образов, хранящихся в чьей-либо памяти, может оставаться незатронутым в очень поздних стадиях жизни. Механизм распознавания образов может даже противостоять воздействию старческого слабоумия в значительной степени и долгое время.

Не все выдающиеся деятели, о которых было рассказано в этой главе, достигли мудрости – это далеко не так, – но можно утверждать, что все они проявили опыт и компетенцию на своих соответствующих когнитивных аренах, хороших или дурных. Возможно, они утратили часть, и часто большую, своей умственной способности к вычислениям. Их память и внимание, возможно, были существенно повреждены. Но благодаря своему предыдущему опыту они накопили большое число когнитивных моделей. Это дало им возможность решать широкий диапазон сложных ситуаций как привычных моделей, несмотря на умственную эрозию, и властвовать, к лучшему или к худшему, над своими более быстрыми в вычислениях, но владеющими в меньшей степени механизмом «распознавания образов» коллегами, компаньонами и, что наиболее важно, противниками. То, как когнитивные модели формируются и что защищает их от эрозийного действия умственного ухудшения, будет предметом последующих глав. Но сначала мы рассмотрим мудрость, компетенцию и опыт как психологические феномены.

​ Глава 4. Мудрость цивилизаций

​ Мудрость и гениальность

Является ли мудрость даром или заслуженной наградой? Феномен мудрости внушал благоговейный страх поколениям философов, психологов, так же как и широкой публике. Ее особый статус был рано признан в истории, и восхищение мудростью пронизывает любую культуру и любой слой цивилизации, что зафиксировано в учениях Конфуция и афоризмах Соломона. В новейшие времена ведущие ученые и общественные деятели пытались постичь предмет мудрости как психологический и социальный феномен. Это привело к появлению нескольких книг под общим названием «Мудрость», но подходящих к изучению загадочного феномена с чрезвычайно разных точек зрения.

Среди них есть особенно содержательное и четкое собрание точных научных эссе, суммирующих исследования, проведенные рядом ведущих ученых, которые были собраны весьма уважаемым психологом Иельского университета Робертом Стернбергом. Эта книга была особенно полезной в исследованиях, проводимых мною для моей книги, и многие факты и взгляды на суть вопроса, содержащиеся в этих эссе, рассматриваются здесь.

Совершенно другая точка зрения предлагается в книге под тем же названием получившего шумное одобрение австралийского радиожурналиста Питера Томпсона, который попытался мельком взглянуть на таинственный феномен мудрости, проведя беседы с несколькими известными общественными деятелями, занимающими различное общественное положение и предположительно одаренными бесценным даром.