Первые бои добровольческой армии

С утра 28 февраля были посланы подводы на разъезд Кубань для погрузки снаряжения и боеприпасов. В 5 часов вечера было послано приказание отрядам – отходить с наступлением темноты. Из города потянулись за Кубань обозы. В десятом часу вечера из города выступили войсковой атаман, командующий войсками со штабом и Черкесская сотня. Прикрывали железнодорожный мост Константиновское пехотное училище и 1-я школа прапорщиков. Последним из города выступил войсковой старшина Посполитаки с конницей отряда Тихорецкого направления. Вместе с войсковым атаманом выступили члены Кубанского правительства и Законодательной Рады.

При уходе из города было разбросано следующее воззвание:

«Граждане Кубани!

Мы, Кубанская Законодательная Рада, Кубанское Краевое Правительство и Войсковой Атаман Кубанского казачьего Войска, решили без боя покинуть с правительственными войсками город Екатеринодар – столицу Кубанского Края.

Мы вынуждены были это сделать под напором большевистких банд, задавшихся целью разрушить наш благодатный Край, нашу родную Кубань, внеся в ее пределы смуту кровавую, анархию и братоубийственную войну.

Мы это должны сделать, во-первых, потому, что защита Екатеринодара на подступах к нему представляется делом весьма трудным. И во-вторых, потому, что мы не хотели подвергать опасностям борьбы городское население на самой территории города, не хотели допустить, чтобы ярость большевистских банд, подогретая азартом борьбы, пала на голову неповинного населения.

Мы ушли из Екатеринодара. Но это не значит, что борьба кончена. Нет. Мы только перешли на другие, более для нас выгодные позиции.

Мы одухотворены идеей защиты Республики Российской и нашего Края от гибели, которую несут с собою захватчики власти, именующие себя большевиками.

Мы знаем, что тяжкая болезнь государственности, именуемая большевизмом, скоро пройдет и народ стряхнет с себя иго большевистского позора, воочию увидев, к чему ведут его вожди большевизма.

Сплошной позор, бесправие, обнищание, разорение, грабежи и убийства – вот что ожидает Вас, казаки, горцы и иногородние.

Затоптаны будут в грязь все завоевания революции, все свободы, Ваша честь, Ваша независимость.

Мы Вам давно уже говорили об этом, мы Вас давно звали на борьбу с анархией и разорением. Но к несчастью, Вы, казаки и иногородние, опутанные со всех сторон ложью и провокацией, обманутые красивыми, но ядовито-лживыми словами фанатиков и людей подкупленных, Вы своевременно не дали нам должной помощи и поддержки в деле святой борьбы за Учредительное собрание, за спасение Родины и за Ваше право самостоятельно устраивать судьбу родного Края.

Мы избраны Вами. Мы имели право требовать от Вас реальной помощи, ибо Вы же Нам обещали защищать Край от вторжения насильников.

Нам больно говорить об этом, но это так. Вы не смогли защитить своих избранников.

Мы знаем, что Вы, казаки, лишившись свободы, земли и своего добра, впоследствии поймете свои ошибки и будете оплакивать их.

Мы также знаем, что Вы, казаки и горцы, не сможете вынести позора и разорения. Вы подниметесь против насильников и их прогоните.

Но эту борьбу Вам будет вести труднее, потому что Вы будете разорены и дезорганизованы.

Когда Вам сделается слишком тяжко, когда Вы принуждены будете взяться за оружие, Вы должны помнить, что мы с нашими отрядами окажем Вам помощь.

Вы не одиноки, гордые казаки, горцы и иногородние, не желающие лизать пяту, угнетающую Вас. Вы идите к нам, составим силу, которая разгонит и растопчет насильников, посягнувших на наш Край, на славу и вольность казачью, на свободу всех граждан Кубани.

Войсковой Атаман Полковник Филимонов.

Председатель Законодательной Рады Рябовол.

Председатель Кубанского Краевого Правительства Быч».

Переправа через железнодорожный мост на Кубани закончилась лишь к рассвету 1 марта, после чего на мосту было устроено крушение двух пущенных навстречу поездов. К вечеру отряды сосредоточились в ауле Шенджий, где оставались весь день 2 марта. В этот день была произведена регистрация всех вышедших с отрядом, произведены учет сил и переформирования. Всего было зарегистровано около 5000 человек, из коих боевого элемента несколько больше 3000 человек.

Вся пехота была сведена в девятисотенный Кубанский стрелковый полк и при нем сотня реалистов. Полк делился на три батальона. В основание было положено недробление трех партизанских отрядов, вследствие чего батальоны получились численно разного состава. Командиром полка назначен полковник Тунеберг.