Песочные часы

4. Слева от места, на котором сидел пассажир, налево и напротив: опять панорама какого-то города с собором. Может быть, это тот же самый город и тот же собор, как и напротив зрителя, но в другом ракурсе. Теперь собор хорошо виден в правой части фотографии, и колокольня, и кружевная розетка над арочным входом. Двери собора распахнуты настежь, и на входе просматривается какой-то силуэт, на который падает тень портала. Невозможно понять, это мужчина или женщина. Стрелки часов над высоким готическим окном показывают три. По всему видно, три пополудни. Улицы пусты. Кроме силуэта в тени портала, на улице находится только один человек, это, судя по всему, уборщик, потому что у него в руках какой-то инструмент, возможно, лопата, которой он до этого момента чистил снег, наваленный рядом с ним большой кучей. На мутном темном небе черное облако, опустившееся на готические здания, хорошо видные на втором плане, с арочными окнами и дверями, которые сейчас закрыты, как закрыты и ставни на окнах. На первом плане какая-то площадь и видно несколько голубей, что-то клюющих в снегу. Похоже, они не чувствуют никакой опасности. Или знают, что собака, которая тащится за телегой, груженой мебелью, не обратит на них никакого внимания. Телега проезжает под арочными воротами готической постройки. В повозке сидят двое, один в шляпе, а другой в шапке, это, разумеется, извозчик. Трудно рассмотреть, чем нагружена телега. Видны только какие-то дугообразно изогнутые панели. Вещи перевязаны веревкой, но не укрыты. В данный момент телега находится рядом с каким-то памятником, поэтому головы лошадей полностью заслонены телом этого великана, лошади же идут в направлении собора, налево. Памятник виден сбоку. На мраморном постаменте человек, занесший правую ногу, а тяжесть тела перенесена на левую. Правая рука воздета в патетическом жесте, а палец повернут к шпилю башни или к небу. На нем кафтан, или длинное пальто, или шинель. Пелерина, наброшенная поверх кафтана, трепещет бронзовыми складками, следуя за веерообразным взмахом руки. На плечах и на постаменте белеют кучки только что выпавшего снега. Или же это какой-то голубь, почти неразличимый на фоне пятен снега, спорхнул на угол постамента, рядом с ногой великана. С этой стороны площади, совсем наискось, и немного мутно, видны рекламные панно, на которых можно прочесть надписи: Astra, Royal, Фото, и еще какие-то, теряющиеся в тумане.

Как теперь видит себя автор письма, вернувшись во времени на какие-то пятнадцать дней назад, а в пространстве — примерно на двести километров от фиксированной точки, в которой он находится сейчас?

Как он трясущимися руками собирает свои бумаги со складного столика у окна, в вагоне первого класса, место 126, и, как запихивает бумаги в портфель, между бутылкой пива и бутербродами с вяленой селедкой, которые дала ему с собой его сестра Берта, завернув их сначала в почтовую бумагу в клетку, а потом в газету, и как он все время возится с мельхиоровой застежкой, которая никак не защелкивается.

Кто перед ним в этот момент стоял?

Молодой белокурый кондуктор, который направил свой никелированный компостер на его грудь, на его звезду, как револьвер.

Кто наблюдал эту сцену, кроме кондуктора и того, кто пытается (видя себя) застегнуть свой портфель?

Дама в шляпе, с лицом, закрытым вуалью (лет тридцати), прижавшая к себе спящую девочку (примерно трех лет) так, как будто сейчас, в поезде, в купе первого класса скорого поезда, случится что-то страшное, кровь и преступление, как в романе; молодой человек с черными прилизанными волосами (лет двадцати пяти), студент или шпион, который, выглядывая из-за своего иллюстрированного журнала, пытается поймать взглядом кусочек белизны между черными одеждами Дамы в черном; пышущий здоровьем господин (лет пятидесяти), судя по всему, спекулянт, с часами на золотой цепочке, который в тот момент рассматривал свои золотые часы долго, внимательно, как будто оценивая их; старая дама (лет шести-десяти) с молитвенником в обложке, инкрустированной перламутром; дремлющий офицер (лет тридцати), со звонкими шпорами.

Кому из указанных лиц больше всего внимания уделил Э. С.?

Вдове белых членов.

Как она овдовела?

Ее муж погиб где-то на Восточном фронте. Справляя большую нужду.

Каким было официальное извещение о гибели ее супруга, извещение, которое мысленно составил автор послания?

Настоящим извещаем Вас, что Ваш супруг, капитан запаса первого класса Первого венгерского гусарского полка, геройски отдал свою жизнь за Отчизну, выполняя свой священный долг.

Как она приняла эту весть?

Сразу же выбрала в модном журнале черное платье по новейшей моде, сезона осень-зима 1941/42 (с большими подплечниками, в талию, с глубоким разрезом спереди, средней длины — до щиколоток), а также черную комбинацию с черным кружевом, и, разумеется, черные трусики, также с черной кружевной отделкой, и шляпку с булавкой, и черную вуаль, и черные перчатки до локтя.

Что заметил любопытный наблюдатель?

Что Черная Дама нанесла на бледные щеки немного румян.