Песочные часы

Что он плавает в какой-то большой воде, в полной темноте, но постоянно сознавая, во сне, что он спасен, как Ной, и что все, кто был с ним до недавнего момента, утонули, то есть, только он выжил в крупной катастрофе, и во сне это наполнило его чувством странной гордости, потому что тот факт, что он единственный спасся, это не только Милость Божия, но частично и его собственная заслуга, его ловкость, что он не растерялся в тяжелой жизненной ситуации.

Когда он проснулся?

В тот момент, когда его корабль, его ковчег, ударился о твердь суши и начал трястись: получается, ему не удалось увидеть новый континент, потому что фиакр свернул на мощеную брусчаткой Немецкую улицу (теперь Бема).

Сколько он дал извозчику на чай?

Три пенгё и двадцать филлеров, которые запросил извозчик, Э. С. округлил до четырех пенгё, потому что свое чудесное спасение (во сне) он связал со счастливым прибытием (наяву) в первый пункт назначения.

Какое решение он принял перед домом 21 на улице Бема (ранее Немецкой)?

Он резко изменил свое первоначальное решение и велел извозчику подождать, потому что сразу вернется.

Что послужило причиной изменения решения?

Причиной внезапного изменения решения вернуться к своей квартирной хозяйке (г-же Месарош), по всей вероятности, послужила задержка, случившаяся на вокзале, как и понимание того, что время для визитов уже позднее.

Что ему было нужно на Немецкой (Бема) улице?

Он намеревался погасить свои долги (двухмесячную арендную плату) и уговорить квартирную хозяйку не выбрасывать его вещи, пока послезавтра он окончательно не съедет.

Он все-таки сошел с фиакра-ковчега?

Подняв, из-за ветра, воротник пальто, он ступил всем своим весом на скрипнувшую подножку фиакра, потом подошел к окну своей бывшей квартиры. Из-за того, что окно было изнутри заклеено синей упаковочной бумагой, ему не удалось увидеть совсем ничего и убедиться в том, что его вещи все еще внутри.

Как долго он простоял у окна?

Одну-две минуты. Потом быстро вернулся в фиакр и поехал дальше: Железнодорожная набережная, 8.

Как его встретил господин Гаванский?

Господин Гаванский некоторое время рассматривал его в дверной глазок, не произнося ни слова, как будто не веря своим глазам, а потом, шумно дыша, надевал халат.

Что потом сделали нежданный гость и хозяин?

Они сердечно пожали друг другу руки, и, обменявшись прямо в прихожей несколькими любезными репликами, поспешили, по предложению гостя, послушать новости в 20.00 по Гринвичу.

О чем думал гость, когда, возбужденный траминером, развивая свою эффектную голландскую защиту (1.Cf3,f5; 2.g3,Cf6 и т. д.)?

О том, как однажды они со своим родным братом, с которым, повстречавшись (1937) и не видевшись до этого лет двадцать, уже минут через десять исчерпали все темы для разговора, и потом долго молчали, чтобы, в конце концов, сыграть в шахматы и прервать неприятное и тяжкое молчание, наступившее после краткой беседы.

На что пожаловался хозяин гостю, а гость хозяину?

Хозяин пожаловался на свою дочь, которая собиралась выйти замуж за какого-то проходимца, на все более мучительный гастрит, на боль в пояснице, на одышку, на усиливающуюся близорукость, на зубную боль, на бессонницу, с которой он борется выпивкой, а при отсутствии выпивки — пилюлями и аспирином, на облысение, на потерю мужской силы, на потерю памяти, клаустрофобию, канцерофобию, обжорство и инфантильную жажду сладкого; гость согласился с хозяином, что тоже страдает от большинства его проблем (боли в пояснице, усиливающаяся близорукость, бессонница, которую ничем не унять, клаустрофобия), и добавил к ним еще следующие: боязнь ночи, боязнь завтрашнего дня, боязнь людей в униформе, боязнь собак (канофобия), боязнь Бога, страх смерти, страх ада.

Скрыл ли гость что-нибудь от своего хозяина?

Из уважения к известной религиозной толерантности хозяина, гость умолчал о том, что его выгнали из купе первого класса, как и о своей галантной встрече с попутчицей, с вдовой военного времени, которая вплоть до момента (когда его любезно попросили покинуть купе первого класса) сидела напротив него, и на мгновение ему удалось поймать взглядом кусочек пышной белизны ее чресел у истока черных шелковых чулок, и которой он позже прочитал две-три стихотворные строфы, а потом, при последней встрече, по-кавалерски с ней попрощался, жестом значительным и недвусмысленным: приподняв шляпу.

Скрыл ли что-нибудь хозяин от своего гостя?

Что проходимец, который обхаживал его дочь, по профессии коммивояжер, хотя и носит ортодоксальную венгерскую фамилию Фекете, на самом деле сын некой Рахили.

Каких общих знакомых они вспомнили?