Петр Столыпин. Последний русский дворянин

Через несколько дней жандармы выудили с конспиративной квартиры выпускника двух университетов Лихтенштадта, «наградив» его за применение науки смертным приговором. Однако, учитывая, что сын статского советника лично участия в терактах не принимал, только готовил «адские машины», заменили ему веревку на пожизненную каторгу. История отложила приговор лишь на несколько лет. До революции тот сидел в Петропавловской и Шлиссельбургской крепостях, после чего оказался на фронте. В октябре 1919 года был взят в плен под Ямбургом войсками Юденича, которые, идентифицировав максималиста, расстреляли на месте.

13 ноября в Одессе филеры Герасимова вышли на след максималистов, готовивших покушения на командующего Одесским военным округом генерала от кавалерии, барона Александра Каульбарса (виднейший исследователь Средней Азии, один из организаторов русской авиации). Теракт не удался, зато полиция арестовала любовницу Медведя, дочь рязанского помещика Наталью Климову, и купеческую дочь Надежду Терентьеву, принимавших участие в подготовке покушения на Аптекарском острове. Через них вышли на самого Соколова, которого обложили, как медведя, проваливая одну явку за другой, и взяли 26 ноября на петербургской конспиративной квартире.

Суд был скорый и, вероятнее всего, правый – 2 декабря Медведя повесили, а Терентьеву и Климову приговорили к пожизненной каторге. На следствии Климова уверяла, что «решение принести в жертву посторонних лиц далось нам после многих мучительных переживаний, однако, принимая во внимание все последствия преступной деятельности Столыпина, мы сочли это неизбежным».

Ее судьба достаточно интересна. В петербургском Доме предварительного заключения она написала знаменитое «Письмо перед казнью», текст которого осенью 1908 года был напечатан в журнале «Образование» и впоследствии стал широко известен за пределами России. Однако в ночь с 30 июня на 1 июля из Московской губернской женской тюрьмы (ныне на ее месте посольство США) Климова бежала вместе с 13 каторжанками и тюремной надзирательницей Тарасовой. На верблюдах через пустыню Гоби перебралась в Китай, затем в Японию. В эмиграции стала любовницей Бориса Савинкова, затем вышла замуж за земляка Медведя. Родила ему троих дочерей. После Февральской революции рвалась обратно в Россию, но заболела «испанкой» и умерла.

История довершила вендетту уже после смерти самого Столыпина.

Дубина против народной войны

15 августа Столыпиных перевезли в Зимний дворец – полиция призналась, что не сможет в должной мере гарантировать защиту премьера от террористов в людном месте в здании на Фонтанке. Император еще раз показал свою любезность и сочувствие.

Тем временем в стране после покушения на Столыпина началась целая вакханалия терроризма. За шесть недель с 1 июля до 15 августа 1906 года террористы совершают 613 покушений и убивают 244 человека, в стране совершены 11 крупных вооруженных грабежей (за весь год убито 768 и ранено 820 представителей власти).

Уже на следующий день после Аптекарского острова на перроне железнодорожного вокзала Новый Петергоф был убит генерал-майор Георгий Мин, командовавший Семеновским полком во время подавления декабрьского восстания в Москве. Эсерка Зинаида Коноплянникова (домашняя учительница) на глазах жены и дочери генерала разрядила ему в спину всю обойму браунинга. Уже в камере смертников перед повешением она написала:

По воле тоскуя, душа исстрадалась,И мозг мой не мыслит, усталый от дум.Лишь в сердце безумная злоба осталась,Она мне заменит и душу и ум.

Вот когда «безумная злоба» начинает учительнице заменять душу и ум, тогда и задумаешься, кто же были те люди, так запросто швыряющие в топку революции дрова в виде своих и чужих жизней.

13 августа в Нижнем саду Петергофа совершено неудачное покушение на генерала барона Егора фон Стааля. Старый генерал вряд ли интересовал террористов, вся его вина состояла в том, что он был похож на дворцового коменданта Дмитрия Трепова. 15 августа в Варшаве был убит военный губернатор, генерал от кавалерии Владимир Вонлярлярский (неизвестный вскочил на подножку его экипажа, трижды выстрелил в него из браунинга и скрылся). Там же со второго этажа дома бросили сразу четыре бомбы в коляску генерал-губернатора царства Польского, генерала от кавалерии Георгия Скалона. Были ранены три казака конвоя, сам генерал не пострадал.

Николай II в записке к Столыпину призывает его принять «исключительный закон, пока спокойствие не будет восстановлено», что фактически означает делегирование чрезвычайных полномочий.