В случае с Англией усвоение новой технологии было неразрывно связано с теми, кто переселялся в эту страну. По всей видимости, это единственный случай, когда главными распространителями охмеленного пива выступали не домохозяйства, пытавшиеся воспроизвести новый метод, а умелые и опытные практики из других стран, перенесшие технологию в новое окружение. Почти все английские пивовары, упоминающиеся в документах XV века, носили иностранные имена. В рамках введенного в 1483 году налога для иностранцев хозяева пивоварен считались особой категорией налогоплательщиков, с которой взымалось денег больше, чем с обычных домовладельцев. Такие пивовары обычно держали десяток слуг-иностранцев, работавших на их производстве. В 1531 году Парламент издал акт, по которому иностранные пивовары исключались из всех статутов, направленных против иностранцев, развивавших свое ремесло в Англии[270]. В этом случае, как уже бывало, власти стремились защитить пивоваров от ревнителей старой технологии. Парламент, очевидно, смог оценить важность для развития пивоварения продолжительного присутствия иностранных специалистов.
Англии, как и Нижним Землям, потребовалось время для того, чтобы развить производство охмеленного пива, а пивовары смогли привыкнуть к новому процессу. В графствах Кент и Суссекс — первых, поддавшихся влиянию охмеленного пива из Нидерландов, — переход к новой технологии двигался от города к деревне по всей территории графства. По всей видимости, к концу XV века она распространилась по всему Суссексу. В 1520 году в Ковентри — одном из городов Мидленда с населением 6600 человек и удаленном от первых очагов распространения хмеля — уже работали 60 пивоваров. Вероятно, охмеленное пиво захватило индустрию и стало предпочтительным для потребителя не раньше середины XVI века. В акте Парламента о пивоварах-иностранцах от 1531 года принятие в качестве стандарта именно пивных бочек (они были на четыре галлона больше, чем бочки для эля) показывает главенствующую роль пива[271]. В XVI веке четкое разделение между пивоварами и элеварами исчезло. К 1556 году лондонская община элеваров растворилось среди всех прочих производителей напитков. По всей видимости, эль занимал настолько малую долю от общего объема продукции, что необходимость в отдельной организации элеваров попросту отпала. К 1570-м годам крупнейшие элевары в Лондоне производили в год столько же напитка, сколько и самые маленькие пивоварни[272].
Спрос на хмель рос соразмерно развитию производства в Англии. Высококачественный хмель из Брабанта и Хесдена, импорт которого в Англию начался около 1438 года, проделывал свой путь через Антверпен, Берген-оп-Зом и Северное море. Объемы хмеля, хоть и были невелики, росли в течение всего XV века[273]. Хронист Джон Стоу в 1563 году писал, что низкий урожай хмеля в Зеландии заставил английских пивоваров использовать для придания вкуса пиву вместо хмеля восковницу или ракитник. До XVI века хмель в Англии не выращивали, поэтому по мере развития производства увеличивался и импорт хмеля из Нижних Земель[274]. По мере того как англичане осваивали пивоварение, выращенный в стране хмель начал заменять импортный.
Несмотря на сопротивление властей, производителей традиционного напитка и потребителей, к середине XVI века производство охмеленного пива развилось до уровня, сравнимого с уровнем Нижних Земель и Германии. По словам одного английского писателя, относящимся к 1574 году, в битве эля с пивом победа осталась за пивом, однако, несмотря на то что его соотечественники предпочли новый напиток, война еще не закончена. Районы, в которых производители продолжали варить эль, сохранялись как на территории Англии, так и в континентальной Европе. Нидерландские истоки английского пивоварения все еще можно было проследить в использовании слова