Читаем Пиво в Средневековье полностью

Поскольку пивовары южной Германии перешли на использование дрожжей низового брожения, для которых необходимо было поддерживать температуру 6–8 °C, ограничения на пивоварение в летний период усилились. В Баварии в 1539 году был введен закон, согласно которому пиво можно было варить только в период с 29 сентября по 24 апреля, а в 1553 этот указ подтвердили. В начале XVII века баварские пивовары использовали дрожжи низового брожения зимой, а летом — верхового, из-за слишком жаркой погоды[383]. Более мягкий климат Нижних Земель, нижней части долины Рейна и Англии затруднял применение дрожжей низового брожения даже зимой. Такое пиво приобретало неприятный вкус и портилось в теплые летние месяцы, даже если хранилось в глубоких погребах[384]. Сезонные ограничения оставляли пивоваров без работы и дохода. Часто летом рабочие в Германии и Нидерландах занимались бортничеством, строительством и другим ремеслом в качестве сезонного занятия, дополняющего пивоварение[385]. Чтобы компенсировать нехватку продукции летом, в марте баварские пивовары готовили более крепкое пиво с более высоким содержанием алкоголя и большим количеством хмеля. Так называемое мартовское пиво, как правило, было дороже напитка, сваренного зимой, но хранилось оно дольше[386]. Жителям Антверпена разрешалось покупать одну бочку пива в год без уплаты половины акциза. В основном они предпочитали использовать эту возможность для покупки Meerts, или мартовского пива. Брауншвейгские пивовары тоже производили зимой более крепкое мартовское пиво, а летом так называемое Farschbier. Оно было хуже по качеству, и его нужно было пить сразу после приготовления. Именно это легкое пиво варили до сентября и октября. Похоже, в немецких городах действительно вводились сезонные ограничения, но в Нижних Землях, судя по всему, они не были так распространены. Когда охмеленное пиво впервые появилось в первой половине XIV века, пивоварам Делфта разрешалось варить его только с 1 октября по 1 мая. Это ограничение продержалось недолго, и к середине века охмеленное пиво производили круглый год[387].

Независимо от того, основывались ли правила на сложившейся практике или практика была продиктована действиями властей, факт остается фактом: в основном пивовары работали в октябре, ноябре, декабре, марте и апреле. Весной домашние пивоварни занимались приготовлением небольших партий слабоалкогольного пива на лето[388]. В Эльблонге и Торуни, как и в Висмаре, рост объемов производства приходился на март, апрель и май, летом начинался спад, а затем в ноябре и декабре производство вновь росло[389]. Крупные пивовары старались поддерживать масштабы производства на одном уровне в течение всего года. Мелкие пивовары, напротив, сворачивали работу в период производственного спада, по крайней мере на один, а иногда и два квартала[390]. Их вложения были не такими большими, поэтому они не несли существенных убытков из-за простоя. Если у них была возможность заняться другой работой, то смена деятельности не создавала проблем.

Сведения о налоговых поступлениях в Зволле за XV век показывают, что в эпоху Возрождения пивовары выплачивали больше всего налогов в феврале, марте, апреле, а также в декабре. Исходя из этих данных, можно сделать вывод, что деятельность пивоварен была менее активной в другие месяцы. График работ не сильно изменился за пару столетий, сместившись, возможно, лишь на несколько недель. Несмотря на развитие технологий, сезонные ограничения сохранялись в Англии вплоть до XVIII века[391]. Только с появлением холодильного оборудования во второй половине XIX века пивовары смогли обеспечивать необходимые температурные условия на своих фабриках, снизив влияние погодных условий.

Объем потребления пива не зависел от сезонных изменений столь же сильно, как масштабы производства, о чем, в частности, свидетельствуют учетные записи в Голландии. Во Фландрии наибольшие показатели демонстрировал Брюгге в период с апреля по июнь. Они оставались относительно высокими вплоть до сентября, а затем достигали минимума с октября по декабрь[392]. На уровень потребления пива влияли сокращение поставок зерна ближе к началу сбора урожая, проблемы с хранением напитка летом и масштабы производства. Пик работы пивоварен приходился на несколько недель, а то и месяцев позже периода максимального спроса. Поэтому ценность хмеля как консерванта лишь возрастала, что способствовало его распространению. Использование хмеля также предоставляло большую свободу, хотя и не абсолютную, в выборе времени начала работ.

Добавки, дрожжи и брожение
Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета. Страдающее Средневековье

Тело Папы
Тело Папы

Книга известного итальянского медиевиста Агостино Паравичини Бальяни представляет собой масштабный экскурс в историю папства – древнейшего духовного института Европы. Читателю предстоит познакомиться с ритуалами, сопровождавшими избрание и погребение великих понтификов, узнать, какие сакральные начала скрыты за их телесной оболочкой и как Курия толковала понятия бренности и вечности.В основе книги – рассуждения автора о сущности власти, о божественном и природном в человеке. Мир римских пап с мечтами о долголетии и страхом смерти, спорами о хрупкости тела и бессмертии души предстает перед нами во всем его многообразии.Перевод книги на русский язык выполнил российский медиевист, доктор исторических наук, специалист по культуре средневекового Запада Олег Воскобойников.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Агостино Паравичини - Бальяни

История
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность

Закрытая община иноверцев, много столетий жившая в фанатичной христианской Европе. Алчные ростовщики и вероломные предатели – и поджидающие их за стенами квартала изощренные наветы и кровавые погромы. Как вы думаете, о каком народе мы сейчас говорим?Евреи. Как наглядно показывают писатели и кинематографисты, их тысячу лет ждали только презрение, ненависть и кровопролитие. Но так ли это на самом деле и сколько в этом стереотипе правды? Галина Зеленина расскажет вам совсем другую историю средневековых евреев и их заклятых соседей христиан – историю, которую реконструируют ученые. И поверьте – здесь есть, чему удивиться.В этой книге мы поговорим:– о политике церкви и короны, стремлении к законности и незаконных гонениях на евреев;– о повседневных контактах христиан и евреев в средневековом городе;– об иудео-христианской полемике, знаменитых диспутах и их последствиях;– о насилии, мученичестве и мессианских ожиданиях.История христиан и евреев содержит много загадок и мифов, которые должны быть раскрыты и исследованы. Давайте вместе начнем приоткрывать завесу этой тайны.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Гила Лоран

История
Легенды Царьграда
Легенды Царьграда

Настоящую книгу составили переводы греческих текстов VIII–X веков, рассказывающих различные истории, подчас фантастические, о древней культуре Константинополя. Заброшенные в «темные века» здания и непонятные статуи внушали горожанам суеверный ужас, но самые смелые из них пытались проникнуть в тайны древних памятников, порой рискуя жизнью. Загадочные руины обрастали пышными легендами, а за парадным фасадом Города крылся необычный мир древних богов и демонов.Путешествуя по «воображаемому Константинополю» вместе с героями текстов, читатель сможет увидеть, как византийцы представляли себе историю дворцов и бань, стен и башен, храмов и монастырей, а также окунуться в прошлое и даже будущее столицы христианского мира.Книга «Легенды Царьграда» составлена и переведена Андреем Виноградовым, российским историком, исследователем Византии и раннего христианства.

Андрей Юрьевич Виноградов

История
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе

Книга профессора современной истории в Университете Сент-Эндрюса, признанного писателя, специализирующегося на эпохе Ренессанса Эндрю Петтигри впервые вышла в 2015 году и была восторженно встречена критиками и американскими СМИ. Журнал New Yorker назвал ее «разоблачительной историей», а литературный критик Адам Кирш отметил, что книга является «выдающимся предисловием к прошлому, которое помогает понять наше будущее».Автор охватывает период почти в четыре века — от допечатной эры до 1800 года, от конца Средневековья до Французской революции, детально исследуя инстинкт людей к поиску новостей и стремлением быть информированными. Перед читателем открывается увлекательнейшая панорама столетий с поистине мульмедийным обменом, вобравшим в себя все доступные средства распространения новостей — разговоры и слухи, гражданские церемонии и торжества, церковные проповеди и прокламации на площадях, а с наступлением печатной эры — памфлеты, баллады, газеты и листовки. Это фундаментальная история эволюции новостей, начиная от обмена манускриптами во времена позднего Средневековья и до эры триумфа печатных СМИ.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Эндрю Петтигри

Культурология / История / Образование и наука

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология