Победитель турок. Князь Василий Бебутов. 1791– 1858 гг.

Князь О. Бебутов выполнял различные поручения генерала Лазарева по связям с другими владельцами. Так, в августе 1801 г. князь О. Бебутов был послан к имеретинскому царю Соломону с письмом на его имя от генерала Кнорринга. Назад он возвратился вместе с присланным царем Соломоном чиновником, который привез два письма Кноррингу в оригинале и с переводом. Кроме того, переданные им словесные поручения, о которых упоминалось в письме царя, состояли в том, что он посылал к высочайшему двору посланца с просьбою принять его в покровительство России. При этом царь Соломон ставил условие, чтобы после его смерти царство Имеретия, подобно Грузии, вошло в подданство и, согласно завещанию покойного царя Ираклия, царевич Юлон был назначен царем Грузии, с оставлением при нем всех российских войск. За это царевич Юлон обещал отдать рудники, поставлять рекрутов и ни в какие дела не вмешиваться, а пользоваться только титулом царя. Остальным же царевичам должно быть позволено жить в Грузии и пользоваться их имениями.

После донесения об этом императору тот издал рескрипт, в котором, ссылаясь на то, что между Россией и Портой существует доброе согласие, необходимо пристойным образом отклонить это предложение царя Соломона «не подавая Порте с сей стороны ни малейшего повода к подозрению, старались бы содержать как с сим владельцем, так и с другими одни дружеские сношения, а вдовствующей императрице Дарье, подвигнувшей к сему делу царя Имеретинского, внушите приличным образом, что усердие ея приемлется в должной цене, но к действию обратить предположение ея признается несовместимым».

В декабре 1802 г. О. Бебутов правителем Грузии Кноррингом был послан в Ганжу, где встречался с ханом. О порядках в Ганжинском ханстве тогда в Тифлисе ходило много слухов. Поэтому семья волновалась за его жизнь, боясь, что он может и не вернуться. И для этого были основания.

В ходе встреч О. Бебутов увидел, что хан настроен к нему злобно, обвиняя его в том, что он якобы привел войска, находившиеся в Шамшадиле. На это князь Бебутов заявил, что войска распределены по границам, а что касается Шамшадильской провинции, то она издревле принадлежала Грузии, поэтому они в нее и пришли для занятия и защиты своих границ. Он также сообщил, что при встрече с царевичем Александром тот говорил, что жившие в Кварели князья и часть кизикских жителей согласны вместе с ним действовать против русских. Находясь в Ганже, князь Бебутов выяснил, что на другой день после его приезда в столицу ханства царевич Александр с милахваром и первым своим наперсником вместе с присланными из Джар от Таубера ста человеками лезгин отправился в Джары. Говорили также, что хан отправил своих посланцев к Нухинскому и Шемахинскому ханам с каким-то неизвестным требованием. Присланный с Бебутовым к правителю в Грузии посланец по дороге сообщил ему о том, что Нухинский хан собирает свои войска с намерением якобы идти на Шушинского хана.

Привлечение князя О. Бебутова русскими к выполнению важных поручений вызывало зависть окружающих, поэтому появлялись различного рода слухи вокруг него, что вызывало подозрительность со стороны русского командования в его верности России. Это подтверждалось тем, что во многих случаях он держался царской партии, поскольку был близок к ней. Служа грузинским царям десятки лет, он не мог в трудное время отвернуться от царской семьи. Поэтому он иногда выполнял поручения царицы Дарьи.

В то же время часть грузинского дворянства, привыкшая к необузданному своеволию, была крайне недовольна наведением порядка в Грузии после присоединения к России. Грузинские царевичи скорбели о своих утраченных правах и при первом столкновении с русским правительством спешили стать во враждебные отношения к нему, не задумываясь в выборе средств для борьбы с ним. Иулон, Парнаваз, Александр, Теймураз бежали в Имеретию, Менгрелию, к персидскому шаху Бабахану или укрывались в ханствах Ганжинском, Ширванском, Карабахском, подстрекая их владетелей против своего отечества. Вдовы умерших грузинских царей Ираклия и Георгия, Дарья и Мария, проживая в Тифлисе, длительное время сносились с врагами русского правительства.

К этому следует добавить, что большая часть дворянства Грузии была безграмотной. Когда император Павел I пожелал наградить милостями своих новых подданных, то поручил Кноррингу представить ему именной список тех лиц, которые больше других желали быть в русском подданстве и своими действиями способствовали этому. Многих из них предполагалось возвести в достоинство графов и баронов, иным дать камергерское звание, некоторых наградить орденом Святого Андрея Первозванного. Кнорринг запросил на этот счет мнение генерала Лазарева. Тот 24 марта 1801 г. ответил: «Все здешние дворяне нисколько не лучше наших однодворцев. Кого же сделать графами и баронами? При дворе никто из них не может служить, потому что все они не получили никакого воспитания».