Почему властвует Запад... по крайней мере, пока еще

Суровая истина заключается в том, что мы просто не знаем конкретных причин данного кризиса, хотя лежащая в его основе динамика, по-видимому, достаточно ясна: внезапное изменение отношений между центром и его все расширяющимися окраинами. Как это часто бывало в прошлом, это расширение было палкой о двух концах. С одной стороны, новые окраины в Средиземноморье способствовали росту социального развития, но с другой стороны, они обнаруживали новые преимущества отсталости и вызывали неурядицы: миграции, наемничество и новые тактики, которым было трудно противостоять, — в результате установившийся порядок оказывался под вопросом. И вот создается впечатление, что в XIII веке до н. э. великие державы в центре начали терять контроль над окраинами, которые они сами же и создали.

Независимо от того, подталкиваемы чем-то или влекомы чем-то люди были, и от того, что было движущей силой этого процесса — изменение климата, землетрясения, перемены на полях сражений или эпидемии, но люди начали перемещаться в центр во все возраставших количествах. Уже к 1212 году до н. э. Рамзес построил укрепления на границах Египта, селил мигрантов в хорошо контролируемых властями городах или зачислял их в свою армию, но этого оказалось недостаточно. В 1209 году до н. э. фараону Мернептаху пришлось сражаться не только с шерденами и шеклешами — с которыми Рамзес III опять сталкивался в 1170 году до н. э., — но также с ливийцами и людьми, которые назывались «акайваша» (возможно, это были аххиявы из Греции?), объединенными силами, нападавшими на Египет с запада.

Одержавший победу, Мернептах радостно записал, что он отрезал 6239 необрезанных пенисов, чтобы посчитать число убитых врагов. Однако хотя он и пересчитал их, но буря разразилась теперь уже на севере. Греческие, хеттские и сирийские города сгорели. Более поздние легенды рассказывают о миграции в Грецию в те времена, а археологи предполагают, что имела место также и эмиграция оттуда. Керамика, найденная в районе Газы, где в XII веке до н. э. поселились филистимляне, почти идентична вазам из Греции. Это наводит на мысль, что филистимляне были первоначально греческими беженцами, и еще больше греков поселилось на Кипре.

Миграции могли нарастать как снежный ком по мере того, как к ним присоединялись беженцы из опустошенных территорий. Это выглядело как бесформенное движение с не связанными между собой грабежами и сражениями, идущими повсюду одновременно. Крах в Сирии явно заставил людей, которые назывались арамеями, отправиться в Месопотамию, и — хотя Рамзес заявлял о своей победе — бывшие «народы моря» поселились в Египте. Подобно Греции, Египет испытал и эмиграцию, и иммиграцию. Библейская история о Моисее и о том, как израильтяне бежали из Египта и в конце концов поселились на территории нынешнего Западного берега реки Иордан, возможно, отражает события этих хаотических лет. Может быть, это не простое совпадение, что первое упоминание Израиля, помимо Библии, — это заявление фараона Мернептаха в его надписи 1209 года до н. э.: «Израиль пуст, нет семени его»^{68}.

В сравнении с масштабом миграций, которые начались в 1220-х годах до н. э., прежние неурядицы были незначительными. Однако вплоть до 1170-х годов до н. э. инопланетяне, наблюдавшие за этими событиями из своих летающих тарелок, возможно, могли иметь убедительные основания надеяться, что данный эпизод может разрешиться подобно предыдущему. В конце концов, Египет не был разграблен, а в Месопотамии ассирийцы фактически расширили пределы своего царства, когда государства-соперники прекратили свое существование. Но по мере того, как XII век все ближе подходил к своему концу, а пертурбации продолжались, то мало-помалу становилось ясно, что эти неурядицы были чем-то совершенно новым.