Похититель единорогов

Скандар едва отметил, что повёл Негодяя навстречу Морозу Новой Эры, хотя напарник явно был не в восторге от сближения с опасностью, шипел, скалился и хлопал крыльями, стараясь казаться зрительно крупнее, под стать гигантскому серому единорогу.

– Ты должна всё это прекратить, – срывающимся голосом попросил Скандар. – Пожалуйста, посмотри на меня. Разве ты не видишь, кто я? Не узнаешь меня?

– Ты духовный маг, только-только покинувший Инкубатор. И ты мне не нужен.

Скандар чувствовал медленное наступление диких единорогов: их старые колени с оголёнными костями поскрипывали, гниющие копыта бухали по твёрдой земле.

– Джоби не сказал тебе, как меня зовут? – Скандар бросил взгляд на инструктора. – Он не посчитал это важным. Ну да, ведь он не знает.

– Какое мне дело до твоего имени? – просипела Ткач. – Через пару минут ты будешь мёртв, как бы тебя ни звали.

По щекам Скандара катились слёзы безысходности, но он даже не пытался их сдержать. Он просто должен объяснить ей, и она остановится, ведь так? Если разлука оставила на её сердце такую же незаживающую рану, как и на его, всё ещё можно исправить.

Он сделал глубокий вдох. Почти год назад, в день Кубка Хаоса, папа рассказал ему историю об обещании младенцу, закреплённому нежнейшим прикосновением ладони.

– Это я, мама. – Голос Скандара дрожал. Он указал на Негодяя. – Смотри, ты обещала мне единорога – и вот он здесь. Я стал наездником, как ты и хотела.

Ткач моргнула. Из-за краски на веках в этом движении было что-то-то пугающе комичным.

Из-за слёз Скандар едва мог говорить, но всё же выдавил из себя:

– Меня зовут Скандар Смит. – Он размотал с шеи чёрный шарф и протянул его поверх крыла Негодяя. – И я…

– …мой сын. – В пустых глазах Эрики Эверхарт наконец вспыхнул огонёк узнавания.

Тишина. Даже единороги притихли.

– Неужели уже прошло тринадцать лет? Как… как ты… А-а-а, – открыв рот как в зевке, понимающе протянула она. – А-га-та. – Имя Палача Эрика выговорила медленно, с наслаждением, будто смаковала каждый слог. – Моя маленькая сестрёнка. – Она резко выхватила шарф из руки Скандара. – Стоило догадаться. Она подарила мне его перед тем, как я зашла в Инкубатор.

– Сестрёнка? – заморгал Скандар сквозь беззвучные слёзы. – Агата – твоя сестра? Палач? – Он вдруг вспомнил слова папы, что Агата показалась ему знакомой. А следом и мольбу самой женщины: «Не убивай Ткача».

– Меня привезла на Остров твоя сестра – моя тетя?

– Точно так же, как Агата отвезла меня в Великобританию, – с ностальгией во взгляде ответила Эрика, бережно наматывая шарф вокруг своей длинной шеи. – После того как Кровавая Луна… после тех двадцати четырёх… мне необходимо было спрятаться. Скрыться. Уже в Великобритании в минуту слабости я написала ей… до всего этого. Попросила её сделать так, чтобы мои дети стали наездниками. Надо было догадаться. Агата Эверхарт всегда держит обещание. Надо было её остановить. А Кенна? Агата и её привезла?

Эрика заглянула Скандару за спину, словно ожидала увидеть там дочь.

И Скандара охватила ярость. Получается, его видеть она не рада?! Её больше заботит шарф и интересует Кенна, чем тот факт, что он стоит прямо перед ней.

– Но почему ты сама не прилетела за нами? Почему Агата, а не ты? И как же папа? Ты бросила нас, бросила меня! Почему?! Зачем ты так поступила? – На последнем слове его голос сорвался.

– Остров звал меня. Мне предстояло важное дело. Нужно было привести в исполнение мои планы. – Эрика указала на своих солдат.

– Что?! – опешил Скандар. – И это было важнее меня?! Важнее Кенны и папы?!

– Ты ребёнок, тебе этого пока не понять. Но ты поймёшь.

Скандар замотал головой. Он кипел от злости и совершенно забыл о своём страхе перед наездницей Мороза Новой Эры. Он всю жизнь тосковал без мамы, всё детство мечтал, чтобы она была жива. И теперь она здесь – и ей нет до него никакого дела. Она даже ни о чём не сожалеет.

– Это ты виновата, что Кенны здесь нет. – Он решил зайти с другого конца в надежде на какую-то реакцию. – Духовным магам запрещено даже прикасаться к двери Инкубатора, а Кенна наверняка такая же, как я. Ты лишила её предназначенного ей единорога! Ты лишила её дома!

– Сын мой, – Эрика развела руками, – ты говоришь о предназначенных единорогах. Но судьба не должна играть никакой роли в становлении человека наездником. Взгляни на моих солдат: я дала им единорогов, потому что они того хотели, а не потому, что открыли какую-то дурацкую старую дверь. И когда мы прилетим в Великобританию, я сотку для твоей сестры связь с любым понравившимся ей диким единорогом. Фэрфаксу я тоже предоставила выбор, верно? – Она кивнула одному из наездников. Глаза Саймона Фэрфакса были такими же, как у его дочери. – Ты моя кровь, моя семья, мой сын. Присоединяйся ко мне, Скандар. Вместе мы сможем одарить единорогами всех – и пусть судьба катится к чёрту!