Полёт сокола. Похищенная

Но не было ни лодий, ни сокола. Зато появились впереди дымы над лесом, а на озере – рыбачьи лодки. А затем, когда лодья обогнула длинный лесистый мыс, взгляду открылось прибрежное городище с причалом и нешироким песчаным пляжем, на котором сохли сети.

На лодье спустили парус и на вёслах пошли к берегу.

– Что за селение? – спросила девочка Дайну. – Их много в этих краях.

– Пивнево городище, – ответила та. – Пиво тут варят доброе, а так просто небольшое торговое место.

О Пивневом городище княжна раньше не слыхала, но не сомневалась, что там знали её батюшку. Она была уверена: стоит ей крикнуть, что она дочь князя Вардига, похищенная разбойниками, – и её недругам не поздоровится. Даже если её не освободят немедленно – всё же воинская ватажка у Нагибы крепкая, – то уж непременно дадут знать батюшке, что с дочерью сталось.

Осталось лишь выбрать миг да крикнуть во всю мочь.

Но всё оказалось не так просто.

<p>Глава 8. Пивнево городище</p>

Пивнево городище было похоже на десятки других, поставленных на длинном пути от северного пути-норвея к южным землям.

Само селение – на возвышенности, чтоб не заливало в паводок, спрятано за высоким частоколом. Вокруг поля-огороды, но немного, потому что жило селение не с земли, а с озера. В основном с купцов, что останавливались здесь на отдых. Понятно, что рыбу тоже ловили и охотились, но даже ячмень, из которого варили знаменитое пиво, так ценимое нурманами, да и не только нурманами, растили не здесь, а покупали в Новом Граде.

На берегу нынче было пустовато. Пара рыбачьих лодок да нурманский торговый корабль – кнорр – у одной из двух пристаней.

Из замысла Ольги – крикнуть, кто она есть, – ничего не вышло.

– Девку связать, рот заткнуть и в ларь, – распорядился Нагиба, когда до пристани осталось саженей сто.

Ольгу схватили…

Радим, хоть и со связанными руками, но кинулся на помощь, за что получил древком копья в живот и повалился на палубу не в силах вдохнуть.

– За этим шустрым тоже присматривайте, – велел Нагиба. – Заорёт – тресните по голове. – Старшим в городище брат мой троюродный, но всё же побережёмся.

– А ну-ка сел! – рявкнул Угрюм, ухватив Радима за волосы, перетащил на скамью. – Ёрш, глаз с него не спускай. Слыхал, что старший велел? Вякнет – огрей по макушке.

– А потом с ним чего? – поинтересовался Ёрш. – В озеро выкинуть?

– Вот ещё! Раб денег стоит. За ноги до подворья дотащишь. Чай, недалеко, шкура о камни вся не сотрётся!

И Угрюм захохотал над собственной шуткой.

На причале их встретили.

– Кучня! Брат дорогой!

– Нагиба, брат! – Толстяк в жёлтой богато вышитой свите[7] попытался обнять купца. Но получилось неладно: животы мешали. – Чего к нам? Отдохнуть?

– Да, – согласился Нагиба. – А эти кто? – Он кивнул в сторону кнорра.

– Нурманы из Бирки. Домой идут. А с тобой кто? – спросил его брат, понизив голос. – Рожи, я гляжу, чухонские.

– Эсты князя Арво, – ответил Нагиба, тоже понизив голос, но Радим всё равно его услышал.

Князь Арво… Знакомое вроде имя…

– Встанешь, где всегда, брат? Дом свободен.

– Ну да.

– Баню топить?

– Позже. Еды нам, тут и с собой. Пива… Бочонков пять. Тоже с собой возьмём.

– Пяти нет. Нурманы… – толстяк кивнул в сторону кнорра. – Почитай, всё забрали. Пару найду. Из собственных запасов, наилучшее, только для тебя, брат!

– Премного благодарен, брат! – Нагиба поклонился и дал знак своим: пошагали.

Устроились на обширном подворье, огороженном саженным частоколом. Собрали во дворе столы, скамьи. Тут и бочонки с пивом подоспели. Есть чем отпраздновать удачный набег.

Ольгу выпустили из ларя не сразу – не раньше чем убедились, что никого из чужих на подворье нет.

– Сиди тихо, – предупредила её Дайна, поднимая крышку, – не то снова в ящик посадят. Нагиба – трус, он боится, что до твоего отца весть дойдёт.

– И правильно боится, – с ожесточением проговорила Ольга.

Но кричать не стала, повела носом и облизнулась: уж очень вкусно пахло из булькающего котла.

Кто-то тронул Ольгу за рукав. Девочка обернулась и вскрикнула от радости. Радим!

Его развязали. Видно, решили, что никуда он из городка не денется.

– Нагиба ушёл, – сообщил парень, усаживаясь на лавку рядом. – Вроде к нурманам. Хочет им утварь ромейскую продать. Сказал: «Нурманы домой идут, на севере такие чаши в большой цене». Ты как?

– Есть хочу, – честно призналась Ольга.

– Эти похлёбку варят, – сообщил Радим. – С потрохами и свиным салом. Может, и нам достанется. А ещё, – проговорил он шёпотом, покосившись на тёршегося неподалёку Ерша, – они пива много взяли. И один бочонок уже выдули. Если напьются, может…

Он недоговорил, но Ольга и сама поняла: бежать!

– Может, – прошептала она в ответ. – Только ты, Радим… Не бранись больше с ними, ладно? Потише, ну, понимаешь…

Радим понимал. Если его опять свяжут, а Ольгу запрут, какой тогда побег!

<p>Глава 9. Камень против ножа, нож против меча</p>

Похлёбки голодной Ольге никто не поднёс. А просить она из гордости не стала.

Отвернулась, чтоб не глядеть, как разбойники жрут…

И вдруг на колени плеснуло жирным и горячим!

Ольга вскрикнула.

– Ой! Какой я неловкий! – раздался лицемерный возглас.