Полибий и его герои

Что же заставило македонского владыку сотрудничать с морскими разбойниками? Современный английский ученый Вольбэнк считает, что Филиппу позарез нужны были деньги. И вот он решил последовать примеру иллирийских царей и Этолийского союза, которые открыто жили пиратством. Тем более что в глазах всего мира он стоял в стороне и всегда мог отречься и заявить, что никакого отношения не имеет к обоим бандитам. Я не сомневаюсь, что Филиппу действительно нужны были деньги. Но думаю, македонский царь преследовал другую, гораздо более далеко идущую цель^{7}. И это ясно показали дальнейшие события.

На побережье Малой Азии и островах Эгейского моря было множество греческих общин. Часть из них была совершенно независима, часть подчинена другим государствам. Номинально многие из них были вассалами Египта. Но власть его была совсем не обременительна, и фактически эллины сохраняли полную свободу. Владычицей Эгейского моря по праву считалась торговая республика Родос, эта Венеция древности. То было необыкновенно богатое и процветающее государство с лучшим в тогдашнем мире флотом. Античный географ и путешественник Страбон с восхищением говорит о благоустроенности острова, о царящем повсюду порядке, о замечательных дорогах и верфях. Родосцы упорно боролись с пиратством и пользовались огромным уважением всех соседей (XIV, 2, 5). Им-то и решил нанести первый удар Филипп.

В один «прекрасный» день перед родосскими пританами предстал Гераклид. Он объявил, что он военачальник Филиппа, но вынужден был бежать от него, ибо открыто выражал симпатии Родосу. И он раскрыл перед изумленными пританами все темные и коварные планы царя против их острова. Сначала родосцы глядели на него подозрительно. Но постепенно бывший корсар завоевал их полное доверие. И тут неожиданно Гераклид попытался поджечь корабли и арсенал. План его, однако, сорвался. Он вывел из строя всего 13 кораблей (Polyaen. V, 17, 2; Polyb. XIII, 4–5).

Вторую подобную авантюру царь поручил Дикеарху. Мы не знаем, в чем она заключалась. Рассказ Полибия об этих событиях потерян. Но он упоминает в одном месте, что Филипп поставил Дикеарха во главе флота, «когда вознамерился предательски овладеть Кикладами и городами Геллеспонта» (XVIII, 54, 8). Ясно, что цель Филиппа была ослабить Родос и утвердиться в Эгейском море. Кроме того, царь опирался на разветвленную систему шпионажа. Полибий упоминает о двух его тайных агентах, которые «обладали большими способностями к темным делам». Их он заслал в Рим (XIII, 5, 7)^{8}. Как видим, царь был очень осмотрителен и осторожен, действовал через подставных лиц и чужими руками. Но тут произошли события, которые заставили его разом сбросить маску.

В 204 г. умер царь Египта Птолемей Филопатер. Ему наследовал сын, шестилетний ребенок. Владыки эллинистического мира оживились. Филипп и Антиох Великий Селевкид заключили тайный союз, чтобы отнять и поделить между собой владения Египта. Антиоху должна была отойти Койлесирия[12] и Финикия, Филиппу — Эгейское море и Кария (III, 2, 8). Полибий с возмущением говорит об этом договоре. Пока Птолемей был жив, Антиох и Филипп предлагали ему помощь и дружбу. Когда же он умер и «остался маленький сын, которому оба царя по справедливости должны были помочь удержаться на престоле», они решили отнять земли ребенка, а его самого убить, пользуясь его беззащитностью. При этом, продолжает Полибий, Филипп даже не стал подыскивать благовидных предлогов, как делают даже тираны. Нет. Он поступил по обычаю рыб, у которых большая глотает малую без всяких извинений и резонов (203–202 гг.) (XV, 20).