Полоцкая война. Очерки истории русско-литовского противостояния времен Ивана Грозного. 1562-1570

События под Полоцком развивались следующим образом. 13 сентября 1564 г. под городом объявились передовые отряды польско-литовского войска, а спустя три дня к городу подошли и главные силы армии Радзивилла. Осаждающие разбили свой лагерь в 2 верстах, «меж Двины-реки и Полоты с одну сторону» (по мнению А.И. Филюшкина, напротив Заполотья) – видимо, чтобы обезопасить себя от огня полоцкого наряда⁵⁹². Не имея осадной артиллерии⁵⁹³, Радзивилл не мог помышлять о планомерной осаде города и тем более о его прямом штурме – к моменту его появления со своим воинством под Полоцком город был перестроен и укреплен русскими. Были восстановлены укрепления Заполотья и Верхнего замка, а в прилегающей к нему возвышенной части бывшего Великого посада (который был заброшен) со стороны Полоты был выкопан ров и возведен мощный вал, обнесенный крепостной стеной и башнями⁵⁹⁴. Новое укрепление получило название Нижнего или Стрелецкого замка. Русский Полоцк представлял собой крепкий орешек, разгрызть который было непростой задачей.

Из лаконичного рассказа русской летописи о первой обороне Полоцка следует, что под стенами города регулярно происходили стычки между отрядами поляков и литовцев и совершавшими вылазки детьми боярскими, стрельцами и казаками полоцкого гарнизона, которых поддерживала полоцкая артиллерия⁵⁹⁵. А.Н. Янушкевич высказал предположение (со ссылкой на мнение М. Стрыйковского), что гетман, подступив к Полоцку, рассчитывал выманить русских в поле, дать им бой, разбить и на плечах бегущих ворваться в город⁵⁹⁶. «Однако московиты спрятались за городскими стенами, – продолжал он, – выбрав для себя обычную тактику длительного отсиживания»⁵⁹⁷. «Неясно, откуда взял эту версию польский хронист», – отмечал А.И. Филюшкин (осмелимся предположить, что такова была официальная точка зрения литовских властей – видимо, именно так мотивировал свои действия под Полоцком сам гетман). И далее он указывал, что если высказанное Стрыйковским мнение верно, то «тактическое мышление литовского командования следует охарактеризовать как, мягко говоря, наивное» – в самом деле, «с какой стати гарнизону выходить из замка и рисковать фортуной в полевом сражении?»⁵⁹⁸. Полоцкий воевода князь П.М. Щенятев отнюдь не собирался давать Радзивиллу шанса блеснуть воинским искусством в чистом поле. В итоге, простояв без толку под стенами Полоцка три недели, гетман, получив известия о том, что с Великих Лук на помощь осажденным готовится выступить помочная рать⁵⁹⁹, решил не рисковать судьбой и 4 октября 1564 г. приказал снять осаду. «Не дождався государских воевод, Октября же в 4 день все Литовские люди от города пошли прочь и Двину-реку перевезлися на Литовскую сторону», – подытожил итоги предпринятой Радзивиллом осады Полоцка русский книжник⁶⁰⁰.

Итак, поход на Полоцк закончился неудачей. «Войско ВКЛ оказалось не способным вести осадные операции, – отмечал А.Н. Янушкевич, – а это было в тогдашних условиях войны необходимой вещью для возвращения захваченных территорий»⁶⁰¹. В отличие от Москвы верховная власть в Великом княжестве оказалась не способной создать могущественную артиллерию и обеспечить ее нормальное функционирование как инструмента войны. Напрашивается вывод: эта разница обусловлена во многом была различиями в устройстве двух русских государств – Руси московской и Руси литовской. Московское военно-служилое государство оказалось более эффективным и способным противостоять серьезным внешним вызовам, нежели литовское, и события осени 1564 г. это наглядно подтвердили – ведь за перипетиями борьбы на «литовском» «фронте» мы совсем забыли про «фронт» «крымский». Крымский «аукцион» продолжался, и «аукционист», добиваясь своей цели, искусно разыгрывал попеременно то московскую, то литовскую карту. И, отправив своих татар разорять Брацлавщину, Девлет-Гирей затем сделал ход конем и нанес удар по владениям Ивана Грозного.

Ожесточенная дипломатическая борьба при ханском дворе, которая шла с весны 1563 г., в начале 1564 г. как будто увенчалась успехом русской дипломатии. 2 января 1564 г. Девлет-Гирей «шертовал» Ивану Грозному в присутствии русского посла А. Нагого. Однако праздновать победу, как оказалось, было еще рано, ибо это «шертование» носило лишь предварительный характер⁶⁰². Ряд острых вопросов русско-крымских отношений оставался неурегулированным, в том числе и два важнейших – о заключении союза, направленного против Сигизмунда II, и о размерах русских выплат в Крым. И чтобы сделать Ивана более сговорчивым и понятливым к намекам о необходимости новых уступок, крымский «царь» под давлением своих «думных людей», среди которых доминировали противники Москвы, в августе 1564 г. двинул в дело свои полки.