Напрашивается, однако, вопрос, каким людям достанется та чудовищная власть, которая сопряжена со всемирной хозяйственной и технической централизацией? Этот вопрос невозможно отклонить, надеясь на то, что затем все «пойдет само собой», вещи станут «управлять сами собой», а правление людей над людьми будет излишним, поскольку люди тогда станут совершенно «свободными», ведь вопрос-то как раз и состоит в том, свободными для чего они станут. Ответить на это можно оптимистическими или пессимистическими предположениями, которые, в конечном счете, сводятся к некоторому антропологическому исповеданию веры.
7
Все теории государства и политические идеи можно проверить насчет их антропологии и затем подразделить в зависимости от того, предполагают ли они, сознательно или бессознательно, «по природе злого» или «по природе доброго» человека. Различение имеет совершенно обобщенный характер, его не надо брать в специальном моральном или этическом смысле. Решающим здесь является проблематическое или непроблематическое понимание человека как предпосылки всех дальнейших политических расчетов, ответ на вопрос, есть ли человек существо «опасное» или безопасное, рискованное или безвредное, нерискованное.