Читаем Португалия. Полная история полностью

В дальнейшем, при маркизе де Помбале, подобных инцидентов уже не было, но с приходом Марии I гонения на сторонников идей радикальных французских республиканцев-якобинцев и «вольных каменщиков» продолжились. В 1780 году королева назначила новым главой полиции деятельного Диогу де Пина Манике, который предпринял активные меры по предотвращению распространения «нежелательных книг и памфлетов» и борьбе с их распространителями. Но решительные действия не привели к заметным результатам. Новые идеи, приходящие в основном из Франции, продолжали завоевывать сторонников.

В 1789 году прогремела Великая французская революция. Национальное Учредительное собрание приняло «Декларацию прав человека и гражданина». В ней было записано, что «люди рождаются и остаются свободными и равными в правах», «источником суверенной власти является народ», «закон есть выражение общей воли» и «никто не должен быть притесняем за свои взгляды, даже религиозные». Монархия стала конституционной, а через три года король сложил голову на плахе и была объявлена республика.

Франция постаралась как можно шире распространить свою революционную доктрину по всей Европе. В 1791 году португальский посол в Париже информировал, что из Ла-Рошели в его страну для ведения подрывной пропаганды отплыли французские радикальные республиканцы во главе с писателем-якобинцем Шодерло де Лакло. Кроме того, как сообщил дипломат, для распространения в Португалии были отпечатаны 12 тысяч экземпляров новой республиканской конституции Франции.

В Португалии возникли почитатели революционной власти, которых стали называть «офранцузившимися». Среди них были видные деятели культуры и науки, такие как поэт Филинту Элизиу и ботаник Авелар Бротеру. Появились антимонархические памфлеты собственного изготовления. Революционные настроения вспыхивали и разгорались среди студентов Коимбрского университета.

До Французской революции иностранные учения и концепции проникали в Португалию с трудом и охватывали лишь небольшую часть элиты. Новомодные политические течения доходили до периферийной страны изрядно ослабленными. Отныне они прокатывались через нее насквозь.

«Многие португальцы сначала верили, что будущее Португалии связано с Наполеоном, потом — со Священным союзом, потом — с Лигой Наций, потом — с ООН, потом — с миром и универсальной солидарностью и так далее до бесконечности. Они следовали иностранным моделям, полагая, что те современны и продвинуты, складывая все национальные интересы в одну «корзину», как будто она была вечной. Вместе с тем они недостаточно внимательно изучали свою историю и не могли определить постоянные и жизненно важные национальные интересы. Поэтому в том, что предлагали другие, они не были в состоянии распознать то, что шло в ущерб этим интересам»[160].

Антониу Франку Ногейра,португальский политик XX века

Расплата за некритическое восприятие чужих доктрин последовала быстро. Вслед за французскими идеями в страну пришли французские войска.

Наполеоновские вторжения и несостоявшийся король генерал Жюно

Мария I страдала неустойчивой психикой. В 1792 году ее душевное состояние настолько ухудшилось, что консилиум местных врачей признал ее неспособной управлять страной. Ничем не смог помочь и психиатр британского монарха, приезжавший из Лондона. Бразды правления были переданы ее сыну принцу Жоау, отличавшемуся нерешительностью и слабоволием.

К 1798 году самочувствие Марии I стало очевидным для всех, и Жоау был официально провозглашен регентом. Королем Жоау VI Милосердным он стал только в 1816 году и формально был монархом лишь одно десятилетие, но реально вершил дела государства 34 года. На его долгое правление стране выпало немало испытаний, порой угрожавших самому ее существованию.

Бурная эпоха не оставила в Европе тихих мест, в которых можно было бы спокойно отсидеться. Революционный террор и казнь короля Людовика XVI восстановили против Парижа европейских монархов. В 1793 году Австрия, Великобритания, Испания, Нидерланды и Пруссия объявили Франции войну. Португалия подписала с Великобританией и Испанией соглашения о взаимопомощи.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное