Постфактум. Две страны, четыре десятилетия, один антрополог

Творятся и другие безобразия. Вдоль северо-восточной окраины старого города располагаются в хаотичном порядке новые участки, застроенные сельскими переселенцами на денежные переводы от родственников, работающих за границей. Городская администрация попыталась сделать их хотя бы немного похожими на Фес, предписав надлежащий облик фасадов. На юге, вокруг нового дворца, построенного королем для размещения именитых иностранных гостей, располагаются кварталы nouveau riche139 с массивными разноцветными домами, настолько претенциозными (местные жители называют один участок «Аль-Даллас» в честь американской мыльной оперы, а другой – «Аль-Фарук» в честь египетского сластолюбца), что король издал специальный указ, запрещающий дальнейшее строительство, который никто не соблюдает, поскольку большинство владельцев – его доверенные лица. На востоке, посреди голой равнины, стоит огромный белый саудовский дворец с посадочной площадкой и, как мне сказали, скрытым за стенами гаремом, построенный королем Фахдом, чтобы останавливаться там во время визитов в город. Прекрасный старый дом паши, со времен протектората служивший тихой, элегантной, подобающе обшарпанной гостиницей с садом, превратился в шикарную приманку для туристов, с кускусом и кафтанами. Еще более грандиозный отель, современный, в американском стиле, был построен администрацией на самой эффектной смотровой площадке, посреди разрушенных гробниц самой знаменитой местной династии. (Этот отель сейчас тоже лежит в руинах. Он был сожжен дотла во время протестов рабочих в 1990 году.)

Есть еще много поводов для ностальгии (неприглядный университет, расположенный на месте какой-то армейской части; некогда заросшие лесом склоны холмов, покрытые безымянными жилищными комплексами; обнищавшие скваттеры, захватившие сады с фонтанами и покрытые мозаикой апартаменты заброшенных домов знаменитых семей в старом городе), и желающие поностальгировать, кажется, не устают их находить. Но есть ряд мест, где – по крайней мере на короткое время и до некоторой степени – переосмысленный город можно мысленно отставить в сторону и представить себе, что пересобранный город, возможно, не так уж недостижим. Некоторые из них, конечно, глубоко традиционны – великие мечети, пара зданий братств, один или два ремесленных базара. Другие, однако, являются продуктами более близкого прошлого: Фес, созданный колониализмом и отвоеванный национализмом, здесь столь же культурно консервативен, как и политически радикален. Например, есть Коллеж Мулай-Идриса, где в конце 1985 года посол Японии в Марокко выступил перед anciens élèves140 на их ежегодном собрании с речью о необходимости сохранения наследия, характера и равновесия Феса.

Коллеж Мулай-Идриса (Мулай-Идрис, потомок Пророка, бежавший из Аравии после шиитских войн, предположительно основал Фес в 789 году141) был одним из тех учреждений, которые открывали на некоторых колониальных территориях (Ачимота – на Золотом берегу, президентские колледжи – в Калькутте, Мадрасе и Бомбее), – элитной академией для воспитания избранных, культурных, лояльных школе (и, разумеется, исключительно мужских) кадров из «коренных жителей» с западным образованием, которые могли бы выступать в качестве посредников, в данном случае между высшими кругами Франции и мусульманской цивилизацией. Как и большинство подобных начинаний, марокканское оказалось довольно успешным, хотя, как и в большинстве случаев, посредничество оказалось совсем иным, нежели предполагали инициаторы. Коллеж стал, по выражению одного писателя, «Итоном марокканской политической элиты»142: площадкой для принудительного превращения одной-двух сотен детей знати традиционного Феса в ярых националистов. Сегодня он не только продолжает существовать – немного арабизированный, немного демократизированный – в качестве культурной опоры для социально привилегированных слоев населения, но и его старые выпускники остаются сплоченной и влиятельной группой в городе: «фессцы в квадрате», как они любят говорить.

Коллеж, располагающийся у ворот – до сих пор функционирующих – одного из «буржуазных» жилых кварталов старого города, занимает изящное «неомавританское» здание с инкрустированным потолком, резными деревянными интерьерами, внутренним садом, выложенными плиткой фонтанами, мощеными дорожками, библиотекой с редкими книгами и кондиционируемыми аудиториями. На выступление посла можно было попасть только по приглашению (я оказался там благодаря любезной помощи председателя ассоциации выпускников, ректора факультета литературы в Университете Феса); собралось где-то четыреста человек tout Fès143.