Повелитель камней. Роман о великом архитекторе Алексее Щусеве

Храм Христа Спасителя в Сан-Ремо. Архитектор А. В. Щусев

[Из открытых источников]

Изначально Суханины хотели, чтобы церковь построили в Оспедалетти. Об этом они разговаривали со Щусевым, когда он ранее, после перенесенного воспаления легких, приехал восстанавливать здоровье сначала в Оспедалетти, а после на Сицилии.

Анна Матвеевна смогла организовать в 1910 году попечительский комитет с участием высокопоставленных чиновников во главе с сенатором Владимиром Карловичем Саблером. Некоторые деятели высшего света были привлечены в комитет через брата приятельницы Суханиной – сенатора Григория Ивановича Кристи, московского гражданского губернатора в 1902–1905 годах, также построившего виллу в Оспедалетти. Как и Анна Матвеевна, Григорий Иванович происходил из бессарабских дворян.

– Я лично знаю, насколько необходима церковь в месте, посещаемом многими тысячами православных больных! – заявил глава комитета Саблер, когда-то лечившийся здесь. – К тому же мне известно, что в Синод давно поступают жалобы об «отсутствии возможности иметь духовное утешение в церковных службах».

В следующем, 1911 году Саблера назначили обер-прокурором Синода, что и дало толчок началу строительства храма. Николай Второй в марте 1912 года подписал указ о создании строительного комитета и о разрешении «производить в России повсеместный сбор пожертвований». Храм было решено возводить в Сан-Ремо. Сам царь пожертвовал на его строительство две тысячи рублей из собственных средств.

Участок небольших размеров, но в центре города, в самом начале проспекта Императрицы, приобрели на имя графа Виктора Таллевича. Сделать проект, планы, сметы храма Анна Матвеевна попросила брата. Щусев согласился, причем безвозмездно.

Поскольку места было маловато, развернуться особо негде, зодчий решил не использовать идею постройки храма кораблем, а взамен этого развивать объемы ввысь. К тому же в русской традиционной архитектуре храм почти всегда являлся доминантой местности. Этому как раз и способствовала бы планируемая высота пятиглавого собора. Его видение храма было таковым: колокольня – восьмерик на четверике, шатровая, невысокая, пристроена к южному фасаду. Четверик храма большой, кубического объема, с тремя рядами кокошников. Много деталей московской архитектуры семнадцатого века – это и главы-луковки, и кокошники, закомары, шатры, входная арка с гирькой, а также детали, заимствованные из византийских строений, – кубовидные капители, трехчастные окна с широкими наличниками. Кирпичные стены украшены крестами и декоративными изразцами. Из пяти глав четыре покрыты граненой полихромной черепицей в духе «граненых» завершений храма Василия Блаженного в Москве. Невысокий притвор венчает купол с главкой. Храм кирпично-красный с наложением орнаментов и деталей белого цвета.

Щусев явился автором идеи, эскиза храма. Отслеживать ход строительства не позволяла его сильная загруженность на родине. Это было не характерно для зодчего. Обычно он вел проект сам с регулярным посещением стройки. В данном же случае зодчий все материалы передавал через родственников. Местный архитектор Пьетро Агости при содействии инженера Антонио Торнатори занимался, кстати, тоже безвозмездно, изготовлением рабочих чертежей по эскизному проекту Щусева, привязкой к местности, а также следил за строительством собора. Агости усилил в проекте мотивы русского узорочья. В своем усилении он опирался на заграничные проекты архитектора Михаила Преображенского. Действия местного архитектора не вызывали восторга у Щусева, ему не нравились эти «усиления», исправления, доработки его проекта. Однажды даже выдал, что если продолжат править, то не надо его считать автором сан-ремовского храма!

А. В. Щусев. Проект русского подворья с храмом Святителя Николая в Бари

[Из открытых источников]

– В общем композиционном решении сохранился твой образный подход. Щусевский! Именно это позволило создать запоминающееся произведение, – успокаивала мужа Мария Викентьевна. То же самое Алексею Викторовичу говорили многие специалисты.

Строительные работы вела фирма Вернасса. Железобетонный каркас был возведен всего лишь за три месяца генуэзской фирмой «Канневале и Деллепиане» под руководством инженера Франческо Малакриды.

В декабре 1913 года еще вовсю шла стройка, и тем не менее храм освятили – во имя Христа Спасителя, святой великомученицы Екатерины и преподобного Серафима Саровского, дабы не оставить русскую общину без рождественского богослужения. После освящения собора царю Николаю Второму в Ливадию полетела торжественная телеграмма с радостным известием. Это случилось за несколько месяцев до злополучных событий в июне 1914 года.