Повелитель камней. Роман о великом архитекторе Алексее Щусеве

Хотя Щусев и бросал в сердцах, что в случае изменения любых его решений он отказывается от авторства, и тогда могут совершать художественный вандализм Олсуфьев, Стеллецкий и весь вместе взятый строительный комитет, все же кое в чем архитектору пришлось идти на уступки, поскольку затяжной конфликт в условиях начавшейся империалистической войны мог остановить строительство до неизвестных времен или вовсе привести к его прекращению.

Храм на Куликовом поле был завершен в 1917 году. В самом начале того же года, богатого на революции, Олсуфьеву с женой и сыном пришлось покинуть милые и дорогие сердцу места. Сначала они побывали у своего духовника старца Анатолия в Оптиной пустыни, а затем отправились в Сергиев Посад «под покров преподобного».

В мятежное время всю обширную коллекцию древностей Олсуфьева разграбили, за исключением того ценного, что граф взял с собой в Сергиев Посад, в том числе и кресты, найденные на Куликовом поле.

В марте 1920 года по благословению патриарха Тихона Юрий Александрович вместе со священником Павлом Флоренским тайно от всех сокрыли честную главу преподобного Сергия Радонежского во избежание ее поругания. Глава игумена земли Русской долго хранилась у Олсуфьевых.

Холодным январским днем 1925 года на Валовую, 8, в скромный деревянный домик, где проживало семейство Олсуфьевых, пришли, чтобы арестовать Юрия Александровича. Его обвиняли в контрреволюционной деятельности, связях с монархически настроенными элементами и намерениях свергнуть советскую власть. Ордер на арест был подписан вторым заместителем председателя ОГПУ Генрихом Ягодой.

Об этом узнал Щусев.

– Надо выручать графа, – сказал он жене и тут же сел писать в ОГПУ письмо в защиту Олсуфьева:

«Прилагая настоящую справку Главмузея, я удостоверяю, что Юрий Александрович Олсуфьев лично мне известен более 20 лет как гражданин, всецело преданный науке об искусстве, не занимая официальных государственных должностей, и особенно в последнее время он занимался ценными архивными исследованиями, чрезвычайно полезными для обоснования бытовых сторон отраслей РАБОЧЕЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ Сергиева Посада, а потому я всемерно ходатайствую о скорейшем рассмотрении его дела. Москва. Февраля 14 дня 1925 г. Академик архитектуры, автор Мавзолея В. И. Ленину Щусев».

В справке Главмузея перечислялись должности Олсуфьева в составе комиссии и его труды в ней.

– Алеша, чего-то там непонятно с рабочей промышленностью. Что это она так вознеслась посреди письма?

– Понимаешь, Маня, огэпэушники плевать хотели на музейные заслуги графа. А слова «рабочая промышленность» будут иметь вес, я их потому и выделил для важности.

В марте графа выпустили из Бутырской тюрьмы.

Через тринадцать лет Олсуфьева вновь арестовали. Постановлением тройки при Управлении НКВД СССР по Московской области его приговорили к расстрелу. Никакие ходатайства со стороны создателя Мавзолея не возымели действия на всемогущего Ежова, которого, по слухам, даже сам Сталин начал побаиваться. Приговор был приведен в исполнение в марте 1938 года.

А храм Сергия Радонежского, оберегаемый башнями Пересветом и Ослябей, навсегда остался горделиво стоять на Куликовом поле, подобный богатырям с картины Васнецова, неприступный и красивый, как сама Русь, грозная и опасная для врагов!

Глава четырнадцатая От Лигурии до Апулии

Сан-Ремо – небольшой уютный городок на побережье Лигурийского моря, моря с прозрачной бирюзовой водой и мелкокаменными берегами. Расположение городка очень удачное, два мыса и горы, простирающиеся к северу от города, закрывают его от холодных ветров, а количество солнечных дней в году составляет почти триста. Люди здесь настолько ленивы, что даже такое короткое слово, как Сан-Ремо, им лень произносить полностью, и они говорят: «Саремо».

Русская аристократия, наряду с европейской, облюбовала лигурийскую жемчужину. Со второй половины девятнадцатого века Сан-Ремо становится одним из популярных курортов знати. Высший свет России, начиная с венценосной Марии Александровны, супруги Александра Второго, стремился провести в этом крае, с мягким климатом и утопающем в буйной тропической зелени, часть своего драгоценного времени. Со временем заметили, что курорт помогает страдающим легочными заболеваниями, ведь туберкулез продолжал косить человечество, оттого популярность курорта выросла в разы. Поэтому в Сан-Ремо возникла необходимость в создании православного храма. Однако средства на его постройку богатые курортники выделять не спешили.

В коммуне Оспедалетти, что неподалеку от Сан-Ремо, подолгу жила двоюродная сестра Алексея Викторовича Анна Матвеевна Суханина, дочь его родного дядьки Матвея Корнеевича Зозулина. Из-за болезни дочери Анечки Суханины построили там себе виллу «Анюша». Однажды они, молясь в часовне в Домике Петра Великого в Петербурге, дали обет, что если поправится дочь, то обязательно сделают все возможное, чтобы появилась церковь во имя Христа Спасителя в Италии на Ривьере. Дочь выздоровела.