Читаем Повести разных лет полностью

Александр чуть тронул коня, наехал на знамя.

— Помните, — говорит он звучно, в дальних рядах слышным голосом. — Помните и детям своим завещайте! Потому победили мы кичливого и ненасытного врага, что псковичи и суздальцы, новгородцы и ладожане крепко, по-братски стояли сегодня друг за друга. Когда мы во всем едины, любой враг нам не страшен. И если кто с мечом к нам войдет — от меча и погибнет! На том стоит и стоять будет русская земля!


1952—1953

ДАУНСКИЙ ОТШЕЛЬНИК

Добрая повесть

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Ч а р л з  Д а р в и н.

Э м м а  Д а р в и н, его жена.

Э н н и, 8 лет }

Ф р э н с и с, 12 лет }

Д ж о р д ж, 14 лет } их дети.

Ч а р л з  Л а й е л ь, знаменитый геолог.

Д ж о з е ф  Г у к е р, директор Ботанического сада.

А л ь ф р е д  У о л л е с, путешественник.

Т о м а с  Г е к с л и, биолог.

К л и м е н т  Т и м и р я з е в, русский студент.

Б р о д и - И н е с, священник.

М - с  Б р о д и - И н е с, его жена.

Ч а р л з  А л л е н.

М - р  А л л е н, его отец.

М у р р е й, издатель.

Е п и с к о п  У и л б е р ф о р с.

М о р с к о й  о ф и ц е р.

С а д о в н и к.

П о ч т а л ь о н.

К о р м и л и ц а.

А л и, малайский юноша, помощник Уоллеса.

П е р в ы й  н о с и л ь щ и к.

В т о р о й  н о с и л ь щ и к.

П е р в ы й  с л у ш а т е л ь.

В т о р о й  с л у ш а т е л ь.

С т у д е н т ы  в Оксфорде, н а р я д н ы е  д а м ы, щ е г о л и, п о ж и л ы е  д ж е н т л ь м е н ы  и  к в а к е р ш и.

Картина первая

Веранда, увитая зеленью; от нее прямая аллея в глубину сада. Узкая дорожка к калитке. От калитки к веранде идут  м - с  Д а р в и н  и  Б р о д и - И н е с. Он в длинном сюртуке, в черной шляпе, с широким простым лицом.


М - с  Д а р в и н. Мы не сразу здесь поселились. Когда Чарлз вернулся из путешествия, мы еще несколько лет жили в Лондоне. За город мы переехали, чтобы Чарлзу лучше работалось.

Б р о д и - И н е с. Вы замечательно поступили. Подумать только, ведь иначе мы не были бы с вами соседями.

М - с  Д а р в и н. С тех пор он каждое утро гуляет по этой аллее. Ходит и думает, а потом садится работать, как бы плохо себя ни чувствовал.

Б р о д и - И н е с. Кажется, не было ни одного дня за последние годы, чтобы мистер Дарвин чувствовал себя вполне здоровым?

М - с  Д а р в и н. Он болен с тех пор, как вернулся из кругосветного путешествия. Двадцать лет неустанной борьбы с болезнью. Это ведь только легко сказать — двадцать лет!

Б р о д и - И н е с. Я понимаю вас.

М - с  Д а р в и н. Но он находит в себе силы не переставая трудиться.

Б р о д и - И н е с (наивно). В этом отношении он напоминает мою жену. (После паузы.) Все-таки отчего это с ним? Говорят, на корабле он через силу боролся с морской болезнью?


М-с Дарвин не отвечает, погруженная в свои мысли.


О, это было ужасное испытание! (Красноречиво.) Представляю: корабль, буря… и молодой ученый в своей каюте…

М - с  Д а р в и н. Я испытала все средства, чтобы помочь ему. Нынче ему опять стало хуже.

Б р о д и - И н е с (решительно). Надо, надо что-то еще предпринять. (Роется в карманах.) Вчера я получил письмо от моего брата, викария. Он пишет, что… Нет, я оставил его дома. Он очень хвалит водолечение. Прекрасное современное средство. Что, если нам попробовать?

М - с  Д а р в и н. Другим это помогает.

Б р о д и - И н е с. Да? Вы тоже слышали? (Убежденно.) Значит, поможет и мистеру Дарвину. Кстати, я знаю отличное заведение доктора Гулли на побережье.

М - с  Д а р в и н. Да, но…

Б р о д и - И н е с. Потом доктора Ламба в Мур-Парке…

М - с  Д а р в и н. Все это хорошо, но Чарлз не поедет.

Б р о д и - И н е с. Я его уговорю. Завтра, через неделю, но мистер Дарвин должен поехать. И провести, скажем, там весь июнь.

М - с  Д а р в и н. Целый месяц? Да он не может решиться даже на один день оставить свою работу. Я не встречала более терпеливого к своим страданиям человека, он никогда не жалуется, но я знаю: он всегда думает, что его труд может совсем прерваться…

Б р о д и - И н е с. О!

М - с  Д а р в и н. Да, да. Он страшится его не закончить. Он хочет успеть. Эта мысль мучает его больше болезни. Успеть, успеть!.. Один бог знает, как помочь ему!

Б р о д и - И н е с. Поэтому не надо отчаиваться. Занятия мистера Дарвина столь мирны, я осмелюсь сказать, столь угодны богу… (Он обводит рукой вокруг себя, и добродушное лицо его сияет.) Голуби, растения, цветы — эти кроткие создания занимают все его помыслы. А его трогательные заботы о детях…

М - с  Д а р в и н. Он так добр ко всем! Его великодушие часто служит во вред ему самому.

Б р о д и - И н е с. Это ничего. Нет, нет, я уверен, дорогая миссис Дарвин, господь пошлет вашему мужу здоровья на долгие годы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ

Первый биографический справочник латвийских революционеров. От первых марксистов до партизан и подпольщиков Великой Отечественной войны. Латышские боевики – участники боев с царскими войсками и полицией во время Первой русской революции 1905-1907 годов. Красные латышские стрелки в Революции 1917 года и во время Гражданской войны. Партийные и военные карьеры в СССР, от ВЧК до КГБ. Просоветская оппозиция в буржуазной Латвии между двумя мировыми войнами. Участие в послевоенном укреплении Советской власти – всё на страницах этой книги.960 биографий латвийских революционеров, партийных и военных деятелях. Использованы источники на латышском языке, ранее неизвестные и недоступные русскоязычному читателю и другим исследователям. К биографическим справкам прилагается более 300 фото-портретов. Книга снабжена историческим очерком и справочным материалом.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , М. Полэ , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное