Повседневная жизнь Греции во времена Троянской войны

Сказать, что море божественно, для Ахилла значит сказать слишком мало, ведь Фетида, «среброногая» богиня, морская владычица «в необъятном платье», богиня с «дивными власами» — его родная мать, так же как Тефида, супруга Океана, — и морское божество, и кормилица богини Геры, и мать рек и трех тысяч Океанид, что «питают юность мужей» и «в необозримых просторах блюдут землю и морские бездны». Доэллинские имена этих божеств, переданные нам древнейшими эпическими поэтами, фигурируют на критских печатях уже с эпохи первых дворцов. Участники Троянской войны знали, что водоемам, рекам и морям необходимо поклоняться, поскольку вода божественна: она — источник жизни и бессмертия, например, для Пелея, ибо, омыв его, вода очищает его дух и возвращает молодость, она одновременно и зеркало и образчик совершенства. Ей, всеведущей и всемогущей, греки посвящали коней, обряды инициации и свою любовь.

Итак, водная стихия для греков — наставница и мать, связанная теми или иными узами с бесчисленными божествами, переполняющими эллинский фольклор. Если цитировать только самых древних авторов, то это будут Бриарей или Эгеон — сторукий гигант, морской старец Нерей — отец нереид, Протей — хранитель тюленей Фароса, Тритон, который «в пучине волн морских живет в златом дворце», пророк Главк, прародитель множества чудовищ Форкий. Все образы многоморфных созданий, украшающих наши памятники, родились в Греции задолго до Троянской войны из любви к обожествленным водам и страха перед ними. Филологи, пытаясь уловить возможный смысл названий греческих рек, обращают внимание не столько на эпитеты Белая, Быстрая, Каменистая или Глубокая, сколько на имена духов-покровителей или нимф: Амимона, Аретуза, Тритон, Персея.

Земля

Боги бродят не только по критским горам, где известно десятка четыре священных вершин или гор, не считая таких воплощений святости, как Дикта, Берекинф или Ида. Они появляются на всех примечательных высотах от Олимпа до горных массивов, окружающих Аркадское плато, на пиках, отмеченных особой формой, цветом, опасностями, бурями, а также во множестве ручьистых ущелий и труднодоступных пещер, в лесах и непролазных дебрях. Они живут на Геликоне вокруг долины Муз и на Кифероне, куда женщины отправляются в паломничество. Небожители посещают еще гору Атабирион на Родосе, где у Зевса есть храм, и пещеру горы Зия на Наксосе, где, как говорят, родился Дионис, а заступы археологов то и дело натыкаются на приношения микенского периода.

Не один Крит считает себя родиной Зевса. Мы находим свидетельства о рождении и воспитании Громовержца на Наксосе, в Фивах, Петракосе возле Херонеи, в Мессении, Аркадии и Элиде, не говоря о городах Троады и малой Азии, где с Зевсом отождествляют местного бога гор. Там же, в зависимости от верований и пристрастий сменявших друг друга захватчиков, провели детство Гермес, Гера или Афина.

Несомненный пережиток времен, когда обряды инициации отпрысков аристократического рода проводили в отдаленных, труднодоступных уголках, эти культы и легенды имеют более глубокие корни. Источник их — поклонение Земле, Дее, Гее, Айе, воспринимавшейся как Мать и Кормилица людей и богов. Ее почва, способная покрываться священными оливами и злаками, глубины, где рокочет «колебатель суши» и куда спускаются души мертвых, абсолютно божественны. Иногда земля тепла, как человеческая кожа, и подземный огонь Гефеста, прорывающийся на вулканических островах, доказывает, что она — живая. Там, где мы не желаем видеть ничего, кроме физических и химических явлений, неровностей почвы, впадин и скал, разум древних греков улавливал волю, присутствие, душу.

Огонь

Огонь, неутомимый, живой и пляшущий, akamaton pyr, как называет его Гомер, — дважды божественен: по происхождению и по своим функциям. Это боги — циклопы, титан Прометей, Зевс, Гермес, Гефест — создали или похитили его, чтобы отдать смертным, и весь мир знает легенду о титане, оторвавшем искру от солнечной колесницы и спрятавшем ее в тростник, дабы вручить представителям серебряной расы, людям, не получившим такой милости от владыки Олимпа.