Повседневная жизнь Греции во времена Троянской войны

В классическую эпоху устраивались празднества в честь путешествий и подвигов Геракла в Центральной Италии, Лацие, Кампании и Бриттии. Раскопки, ведущиеся в Пульи, в районе от Бриндизи до Тарента, на берегах Неаполитанского залива, на Искье и в Виваре, в самом Лацие, в Луни-суль-Миньоне, явили свету прелюбопытную микенскую керамику времен названных героев. На первый взгляд похоже, что материал — родосского происхождения, а затем он был вывезен на Ионические острова и в Пилос, то есть Мессению. С другой стороны, до 1250 года Сицилия и Эолийские острова поддерживали растущие торговые связи с микенским миром, и лишь позднее двойное нашествие авзонийцев и сикулов положило им конец. Тем не менее в гробницах Панталики, Агригента, Сиракуз обнаружены различные микенские изделия более раннего периода — вазы, оружие и драгоценности, а это доказывает, что эллинство, прочно укоренившееся к югу от горы Гарган и на берегах Тарентийского залива, распространяло свое влияние значительно дальше этих регионов, следуя таинственными путями мореплавателей.

Наемничество

Существовал и другой способ вернуться домой обремененным золотом и славой — послужить в войсках крупного иноземного полководца. Крестьяне дивной Меонии, богатых равнин побережья Анатолии, стран, «где текут млеко и мед», между Оронтом и Мертвым морем, наконец, обитатели Нильской долины ненавидели войну, и солдаты из них получались никудышные. Эпические сказания о подвигах Персея, Беллерофонта, Геракла, Тесея в Малой Азии показывают этих героев на временной службе у царей или цариц Лидии, Ликии, а то и более отдаленных стран. Кое-кто из них, как Беллерофонт в Ликии и Мопс в Киликии, даже сумели, в конце концов, воссесть на трон. Современные ученые, следуя примеру древних, допускают, что филистимляне в основном были критскими солдатами или пеласгами, сообща поселившимися в районе Газы в конце бронзового века. Впрочем, карьера наемника не всегда заканчивалась счастливым обретением трона или земельных владений. Геракл, завершив службу у Лаомедонта в Троаде, не получил обещанных в награду коней. Во главе собственного войска и при поддержке саламинского героя Теламона он захватил Трою и убил не только царя, но всех его сыновей, кроме Приама. В Лидии, подрядившись за три таланта золота служить мифической царице Омфале, герой совершил немало подвигов, что не мешало обращаться с ним, как с рабом. По правде говоря, приписываемые Гераклу приключения у амазонок и на берегах Черного моря, как и экспедиция аргонавтов, довольно похожи на неудачи.

Благодеяния моря

Что же принесли все эти пираты, торговцы, исследователи и наемники своей родной Греции, совершив каждый собственную «одиссею»? Несомненно, золото и серебро, объясняющие происхождение сокровищ Микен и Пилоса, увесистые драгоценности, которые мы находим на скелетах в некрополях, и то, от чего время не оставило следа, — сосуды, оружие, наркотики, благовония… Но главное, они принесли три бесценных дара, чье истинное значение смогло оценить лишь далекое будущее. Пусть Одиссей вернулся к Пенелопе с пустыми руками, он обрел нечто куда более ценное — не только практический и географический, но и чисто человеческий опыт. Царь Итаки не ограничился посещением чужеземных городов, он «познал нравы стольких людей»! Другие привозили с собой мудрецов и ученых, таких, как великие строители из Ликии, резчики по слоновой кости с Кипра, кузнецы с Родоса, Крита или из далекой Троады. Иными словами, Греция цивилизовалась, соприкасаясь с народами, лучше организованными и обладавшими более высокой, нежели ее собственная, культурой.

Одиссей привез с собой и новые веяния, легенды и мечты, о которых можно рассказывать веками. Что это за наркотический напиток, nepenthes, успокаивающий боль, которым Елена поила гостей? Рецепт она выведала от некоей женщины в Египте, «где каждый — врачеватель». Сказитель возбуждает любопытство, подстегивает воображение, желание искать и добывать знания. Среди прочих наук, коими микенцы обязаны путешествиям в дальние страны, — бухгалтерия, управление дворцовым хозяйством, торговая переписка. За 600 лет до VIII века, когда греки заимствовали финикийский алфавит, Кадм, чье имя на семитских языках означает «Восточный», по-видимому, распространил в беотийских Фивах «кадмейские буквы». Раскопки, проведенные в 1963 году в микенском дворце акрополя Кадмеи в Фивах, познакомили нас с тридцатью двумя восточными цилиндрическими печатями, причем на двух клинописью начертаны вавилонские имена и пожелания. Большинство датируется началом XIV века до Рождества Христова, и никто не знает, каким образом эти печати туда попали.