Читаем Повседневная жизнь Петербурга на рубеже XIX— XX веков; Записки очевидцев полностью

…Коломна с тихими, скромными улицами…Коломна — район между Крюковым каналом, Фонтанкой, Пряжкой и Мойкой; периферия торгово-ремесленного района столицы. Здесь было много мелких мастерских, дешевых лавочек, обслуживавших бедный люд. Почти все они принадлежали евреям (Юхнёва Н. 1984. 123, 124). Существовала поговорка: «Коломна — всегда голодна» (Синдаловский Н. ПФ. 267).

69


…Большая и Малая Морские.Одним из ритуалов светского сезона — от поздней осени до Великого поста — был ежедневный, с 2 до 4–5 часов дня, фланёр на Б. Морской между Гороховой ул. и аркой Главного штаба. «Все, что было в городе праздного и вылощенного, медленно двигалось туда и обратно по тротуарам, раскланиваясь: звяк шпор, французская и английская речь, живая выставка английского магазина и жокей-клуба» (Baedeker K. 101; Мандельштам О. 12).

70


…величественные швейцары…Швейцары, служившие у аристократов, носили черную двууголку с галуном и кокардой. Ливрея была типа «николаевской» шинели. На правом плече эполет, под ним широкая перевязь из галуна. В руке в белой замшевой перчатке швейцар сжимал булаву с позолоченным шаром. Швейцаров набирали из бывших унтер-офицеров и солдат-гвардейцев, они отличались могучим телосложением, обилием медалей и крестов. Украшением швейцара считались борода и бакенбарды (Ривош Я. 171).

71


…набережная Невы была местом прогулок…Сезон прогулок по набережной — весна.

72


…две-три амазонки…Амазонка — всадница в специальном длинном платье.

73


…Вознесенский проспект…Дома по Вознесенскому пр. — «с маленькими квартирками, подвалами, лавчонками, пивными, трактирами и всякого рода мастерскими. Торопливо идущая здесь публика — серая, трудовая, поддерживающая в массе своим трудом довольно значительную ремесленную промышленность столицы. Среди обитателей этой „мещанской“ части города много собственников-„предпринимателей“, составляющих единственную же рабочую силу в своей мастерской; есть тут и владельцы небольших мастерских, где зачастую в ужасных гигиенических условиях работают несколько подмастерьев и изнывают под тяжестью непомерной работы, взваленной на них, мальчики — почти дети — и подростки, отданные в учение. Только при такой изнурительной работе эти мелкие мастерские могут еще конкурировать с постепенно вытесняющими их крупными мастерскими» (Чериковер С. 20, 21). Кварталы по Вознесенскому пр. между Екатерининским каналом и Фонтанкой — традиционный центр расселения петербургских евреев. Им принадлежали здесь почти все мелкие мастерские и лавочки, обслуживавшие и окрестный, и пришлый бедный люд (Юхнёва Н. 1984. 214).

74


…движение большое.Особенно напряженным было движение по Вознесенскому пр., связывающему центр с Варшавским и Балтийским вокзалами (Енакиев Ф. 41).

75


…Роты Измайловского полка.Роты — район Измайловского пр. с примыкающими к нему улицами — «ротами», где квартировал Измайловский полк.

76


…вблизи Мариинского театра…Петербуржцы называли Мариинский театр «Маринка»; произношение «Мариинка» выдавало приезжих (сообщено Ю. М. Красовским).

77


…Офицерская и прилегающие к ней…Этот район близ построенной в 1893 г. синагоги называли еврейским кварталом (Синдаловский Н. ПФ. 331).

78


…Женского политехнического…Высшие женские политехнические курсы (Загородный пр., 68).

79


«Латинский квартал» Петербурга…Латинский квартал — район Парижского университета, центр интеллектуальной жизни французской столицы, средоточие институтов, факультетов, исследовательских центров, лицеев, театров, кинотеатров, кабаре, мюзик-холлов, ночных клубов.

80


…Бронницкая.Для запоминания названий и порядка следования этих улиц существовало мнемоническое правило: «Разве Можно Верить Пустым Словам Балерины?»

81


По распоряжению градоначальника…Градоначальник — глава административно-полицейского управления в Санкт-Петербурге и пригородах, наделенный правами губернатора. Назначался императором, осуществлял свои функции через полицию и свою канцелярию. В его компетенцию кроме надзора за деятельностью местного самоуправления входило непосредственное исполнение многих решений, принимаемых городской думой и управой, так как собственный исполнительный аппарат управы был очень невелик и включал в основном служащих городских предприятий, а также систему здравоохранения (Круглов Г. 180).

82


Михайловский сад был закрыт для публики.Этот сад входил в собственность императорской фамилии.

83


Перейти на страницу:

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология
Василь Быков: Книги и судьба
Василь Быков: Книги и судьба

Автор книги — профессор германо-славянской кафедры Университета Ватерлоо (Канада), президент Канадской Ассоциации Славистов, одна из основательниц (1989 г.) широко развернувшегося в Канаде Фонда помощи белорусским детям, пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. Книга о Василе Быкове — ее пятая монография и одновременно первое вышедшее на Западе серьезное исследование творчества всемирно известного белорусского писателя. Написанная на английском языке и рассчитанная на западного читателя, книга получила множество положительных отзывов. Ободренная успехом, автор перевела ее на русский язык, переработала в расчете на читателя, ближе знакомого с творчеством В. Быкова и реалиями его произведений, а также дополнила издание полным текстом обширного интервью, взятого у писателя незадолго до его кончины.

Зина Гимпелевич

Биографии и Мемуары / Критика / Культурология / Образование и наука / Документальное