Повседневная жизнь воровского мира Москвы во времена Ваньки Каина

Если подозреваемый на допросе повинился в регулярном совершении краж, по действовавшему процессуальному законодательству его следовало пытать с целью выявления других преступлений и сообщников. Каждому случаю использования пытки предшествовало коллективное судейское решение, принимавшееся на основании доклада, который делали секретари после допроса всех проходящих по следственному делу лиц. Так, в самом первом деле, инициированном доносом Каина, содержится «экстракт о содержащихся колодниках, которые сысканы по показанию явшагося доносителя Ивана Каина», составленный в форме таблицы. В правом столбце перечислены имена и краткое содержание показаний тридцати семи обвиняемых, на допросах признавшихся в систематическом совершении краж. Левый столбец оставлен для записей секретаря. В нем рукой Сергея Попова — секретаря, который курировал это дело, — напротив каждого имени стоят пометы. К примеру, запись «пытать, а у кого жил, взять сказку» сделана напротив имени содержателя притона Андрея Федулова, «к розыску» — против показаний двадцати пяти обвиняемых, в том числе четырех женщин. К «розыску» плетьми были приговорены также два малолетних преступника^{59}, причем судьи усомнились в возрасте одного из них и приказали: «…доложить о летах, производить розыск плетьми». Напротив показаний четырех беглых солдат стоит помета: «…к отсылке в военный суд». Напротив трех имен правая графа по неизвестным причинам осталась незаполненной[533].

Затем судейское решение о применении пытки оформлялось в протокол с подписями членов присутствия. Оригинал протокола подшивался в протокольную книгу, а копия вкладывалась в следственное дело. В протоколе сперва вкратце приводились обстоятельства дела, потом выписывались статьи действующего законодательства, а затем уже на основании перечисленных указов выносилось определение. Например, 14 пойманных по «указыванию» Каина 28–31 декабря 1741 года московских воров были приведены в застенок на основании протокола от 7 января 1742 года. В нем после изложения содержания расспросов обвиняемых цитировались законодательные статьи (5, 8, 9, 11, 15, 64-й пункты XXI главы Соборного уложения, а также 4-й пункт указа от 24 декабря 1719 года о пытке и наказании разбойников). После перечисления законов следовало судейское решение: