Повседневные психические расстройства. Самодиагностика и самопомощь

Для формирования определенной структуры нужны определенные условия, которые формируют определенные защиты и, соответственно, определенные динамики в поведении личности. Эти характеристики остаются устойчивыми на любом уровне функционирования. Опишем эти устойчивые структуры, сосредотачиваясь на их дезадаптивных проявлениях, которые и делают тип характера личностным расстройством. Исключением будут депрессивный и маниакальный типы характеров, которые уместнее было рассмотреть в главе о депрессиях, где это и было сделано.

Описанная логика развития будет носить предположительный характер.

После этого перейдем к описанию пограничного расстройства личности, которое в общие психологические классификации не входит, но является чем-то вроде универсального для таких трудностей диагноза. Рассмотрим его с точки зрения как медицинского подхода, так и психологических взглядов Кернберга и Мак-Вильямс.

Определение типа личности и уровня функционирования психики имеет неоценимое значение в качестве диагностического инструмента, который позволяет верно подобрать лечение. Однако описанные здесь структуры характера и уровень организации могут быть использованы шире, чем диагностика, и приносят огромный языковой и смысловой пласт в психологию описательную. «Нарциссизм», «пограничность», «шизоидность» и другие слова вполне могут быть использованы для роста самоосознания любой личности «обычного невротика», у которого нет выраженных психических трудностей. Он может проявлять нарциссические или мазохистические черты и говорить о них как о своих частях или радикалах. Он может описывать какое-то сложное для себя время и говорить: «Я тогда больше делал, чем чувствовал, это было время моей обсессивно-компульсивной части». Он может обнаруживать в себе пограничные и даже психотические чувства и реакции, без потребности и необходимости их как-то лечить, но как неотделяемые части собственной психики.

Шизоидный тип личности и шизоидное (шизотипическое, аутистическое) расстройство личности

Шизоид формируется тогда, когда ребенок с достаточно высоким интеллектом и творческими способностями оказывается под опекой сверхопекающей, поглощающей матери, защищаться от которой остается возможным лишь с помощью создания собственного мира и ухода в него. Такие дети много фантазируют в одиночестве, их игры отражают глубокую проработанность особенных, уникальных сюжетов, которые могут захватывать внимание стороннего наблюдателя, но доступа в которые у этого стороннего наблюдателя нет. Эти игры могут казаться странными, вычурными, поскольку могут выходить за рамки интереса сверстников или за средний уровень развития интеллекта, что делает родителей такого ребенка озабоченными возможным развитием шизофрении. Однако дети шизоидного склада остаются эмоционально сохранными, пусть отстраненными, но не уплощенными в своей эмоциональной жизни, в отличие от детей с развивающейся шизофренией.

Этот уход во внутренний мир защищает ребенка от вторгающейся в него матери или от двусмысленных, противоречивых посланий, исходящих от нее и имеющих название «двойных посланий» или «шизофреногенных посланий». Это такие вербальные и невербальные посылы, на которые невозможно отреагировать верно, поскольку любая реакция будет осуждена и отвергнута. Эти посылы могут касаться обычной повседневной жизни («Ты толстая – почему ты не ешь мамины пироги»), ситуаций, с которыми сталкивается ребенок («Ты не должен драться – ты слабак») или больших жизненных стратегий («Твой отец козел – как ты с отцом разговариваешь»). Эти безумные посылы могут дестабилизировать психику настолько, что раньше такие коммуникативные паттерны считались одним из серьезных факторов в развитии шизофрении. Если у ребенка достаточно интеллекта и творческих способностей – то он создаст мир, в котором будет защищен и от таких посылов, и от родителей, которые такие посылы дают.

Этот искусственно созданный внутренний мир выполняет свою функцию, но не решает конфликта, стоящего перед шизоидной личностью. Шизоиду одиноко, однако близости он вынужден избегать, поскольку его значимый взрослый понимает близость как поглощение. Этот конфликт остается с шизоидом и во взрослом возрасте: его тянет к людям, он страдает без близких отношений и радуется, ощущая себя понятным и принятым, но страх насильственного присвоения его личности и пространства его жизни, которые как будто неминуемо произойдут внутри отношений, не дают ему быть с кем-то. Окруженный границами, которые защищают его высокую чувствительность, шизоид живет внутри созданного собственным мышлением и воображением кокона, который защищает и изолирует его от других.