В конце войны Кузнецова перебросят на совершенно новый участок работы. И это новое назначение также не могло состояться без прямого участия Маленкова. С марта 1944-го и вплоть до марта 1953 года он будет лидером советских профсоюзов, возглавляя Президиум ВЦСПС. Трудно сказать, каковы причины столь резкого изменения карьерной траектории. Вероятнее всего, «человек Маленкова», которым Кузнецов вполне мог представляться своему непосредственному начальнику – председателю Госплана Н.А. Вознесенскому, – стал тому слишком неудобен. Однако это решение выведет Кузнецова из-под удара, которому повергнутся через несколько лет Госплан и его руководящие кадры во главе с самим Вознесенским в рамках так называемого дела Госплана, о котором речь еще впереди. Так или иначе, но на новом участке работы Кузнецов не потеряется. В 1945 году он даже станет членом Генерального совета Исполкома и вице-председателем Всемирной федерации профсоюзов. Параллельно его «бросят» и на советскую работу – с 12 марта 1946-го и по 12 марта 1950 года он станет выполнять обязанности председателя Совета национальностей Верховного Совета СССР. Понятно, что для этого Кузнецов должен был быть избран в состав ВС СССР. Депутатом Совета национальностей он будет избираться на протяжении 2—11 созывов с 1946 по 1989 год. При этом он попадет и в партийную обойму. В 1946–1953 годах Кузнецов был также членом Оргбюро ЦК ВКП(б), а в 1952-м станет членом ЦК. Нет сомнений в том, что именно благодаря протекции Маленкова карьера Кузнецова после XIX съезда КПСС совершит еще один взлет: он станет членом Президиума ЦК и членом Постоянной комиссии по внешним делам при Президиуме. Смерть Сталина вновь резко изменит его судьбу. Старая сталинская гвардия пересмотрит решение Сталина о численном составе Президиума ЦК, ликвидирует Бюро Президиума, и на вершине партийного Олимпа останется узкая группа «старых» членов бывшего Политбюро. Целый ряд государственных деятелей «вылетит» из обоймы высшей парт-госноменклатуры. Среди них окажется и Кузнецов. Впрочем, произошедшие с ним изменения катастрофой назвать нельзя. В советских традициях его «сошлют» – чрезвычайным и полномочным послом. Однако «ссылка» будет действительно почетной. Его направят послом в Китайскую Народную Республику, сотрудничество с которой в послесталинскую эпоху начнет резко набирать обороты. В том же 1953-м Кузнецова назначат заместителем министра иностранных дел. Через два года, когда начнет клониться к закату звезда Маленкова, он, несмотря на эти, казалось бы, неблагоприятные обстоятельства, будет повышен в должности до первого заместителя министра. На этом посту он проработает вплоть до 1977 года, а затем «вернется» в лоно руководящих органов родной коммунистической партии – станет кандидатом в члены Политбюро. В том же 1977 году он сменит должность первого заместителя министра иностранных дел на пост первого заместителя председателя Верховного Совета СССР. Трижды Кузнецов будет исполнять обязанности номинального главы советского государства – председателя Президиума Верховного Совета СССР. Первый раз это произойдет после смерти Брежнева и до избрания генеральным секретарем ЦК КПСС Ю.В. Андропова. Период «правления» Кузнецова продлится с 10 ноября 1982 года по 16 июня 1983-го, второе восшествие на высшую государственную должность состоится 9 февраля 1984 года после смерти Андропова и продлится до 11 апреля, когда генсеком будет избран К.У. Черненко. В третий и последний раз это случится после смерти Черненко, с 10 марта 1985 года и до избрания А.А. Громыко председателем Президиума ВС СССР 2 июля того же года. На пенсию Кузнецов выйдет в июне 1986-го. До распада СССР, государства, которому он верно и квалифицированно служил и которое наградит его двумя звездами Героя Социалистического Труда, Кузнецов не доживет. Он уйдет из жизни 5 июня 1990 года, пережив на два года человека, который сделает так много для его выдвижения на первые роли. И сегодня вряд ли кто из людей старшего поколения вспомнит человека ничем не примечательной внешности, поздравившего советский народ с наступающим Новым годом 31 декабря 1982 года в традиционном телеобращении руководителя советского государства.
Какие чувства испытывал Маленков, наблюдая за перипетиями карьеры человека, считать которого своим «выдвиженцем» у него были определенные основания? Нам не дано этого знать.