«Практический работник» Георгий Маленков

Надо сказать, что советская сторона не всегда оказывалась готова к восприятию этих технологий. Так, например, 15 июня 1945 года Маленков получит письмо от академика Е.А. Чудакова. Ученый обратит внимание Маленкова на тот факт, что «одной из лучших и наиболее реальных возможностей расширения топливных ресурсов нашей страны и в первую очередь замены остродефицитного бензина… является широкое использование баллонных газов – сжатых и сжиженных – в качестве моторного топлива». Укажет академик и на практику эксплуатации газобаллонных автомобилей за границей, на рост потребления сжиженного и природного газа в США и Германии. «В настоящий момент, – писал Чудаков, – представляется исключительная возможность быстро и в крупном масштабе внедрить у нас газобаллонный автотранспорт посредством вывоза из Германии всего необходимого комплектного оборудования». «Техника использования баллонных газов в Германии, – специально обращал внимание Маленкова академик, – была развита больше, чем в любой другой стране… все оборудование было стандартизировано и являлось продуктом высокоразвитого массового производства». Подобное оборудование давало возможность сразу широко использовать газ на автотранспорте. Чудаков предложил направить в Германию группы компетентных специалистов.

Письмо П.Л. Капицы Г.М. Маленкову о доставке из Берлина санитарно-технического оборудования для строительства кислородной лаборатории Института физических проблем. 6 сентября 1945

Подлинник. Машинописный текст. Подпись – автограф П.Л. Капицы, резолюция – автограф Г.М. Маленкова. [РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 4. Д. 19. Л. 181]

Маленков наложит резолюцию: «На заседание Особого комитета». Спустя 12 дней на письме появится отметка об исполнении, адресованная Маленкову: «По вашему указанию нами сообщено Чудакову, что просьбу его удовлетворить не представляется возможным»²³⁵.

А вот заявка другого академика – директора Института физических проблем П.Л. Капицы – будет удовлетворена. 300 ящиков радиоаппаратуры и лабораторного оборудования, принадлежавшего двум лабораториям фирмы «Телефункен», будут вывезены в Москву в адрес Главкислорода тремя транспортными самолетами²³⁶. «Для принятия мер», – такую резолюцию наложит Маленков еще на одном обращении Капицы от 6 сентября²³⁷.

По мере расширения задач и сфер деятельности Особого комитета будут нарастать и логистические трудности. Транспортные системы перестанут справляться с вывозом. 23 июля ГКО примет пространное постановление, посвященное вопросам логистики. В соответствии с ним на границе СССР начнут сооружать перевалочные базы. Кроме того, будут сформулированы нормативы упаковки и смазки; для охраны грузов выделят 25 стрелковых батальонов; в качестве рабочей силы на перевалочные базы направят 60 тысяч военнопленных²³⁸.

Демонтаж заводов в значительной мере будет осуществляться силами мобилизуемого на эти работы немецкого населения оккупированных территорий. В апреле 1945 года нарком внутренних дел Берия сообщит Маленкову о распределении «мобилизованных немцев» в зоне ответственности 1-го Украинского фронта для «демонтажных работ» и других нужд²³⁹. В числе специальных потребителей окажется Особое монтажное управление Наркомстроя, на которое, собственно, и придется основная нагрузка по демонтажу предприятий, предназначенных к вывозу на территорию СССР.

В связи с окончанием военных действий военные советы фронтов станут привлекать на работы по демонтажу немецких предприятий технические и строевые части Красной армии. Генерал-лейтенант Баюков предложит Маленкову легализовать эту деятельность, начавшуюся в инициативном порядке, приняв соответствующее постановление ГКО. Это предложение будет реализовано в мае 1945-го²⁴⁰.

Шифротелеграмма Г.М. Маленкова уполномоченному Особого комитета при ГКО Г.И. Ивановскому в Беутен с просьбой внести в Особый комитет предложения о возвращении в СССР музейных ценностей, вывезенных немцами из ленинградских и петергофских дворцов-музеев. 31 июля 1945

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 167. Д. 70. Л. 55]