Правила Константинопольского синода 1276 года

«В[опрос]. Се глаголють нѣции: ращитають на лѣто 10 служеб за 4 месяци, а поста и поклона не заповѣдывають ни от мяса, ни от молока и питья не бранят, на 30 служеб – то за год чтут. От[вет]. Се отъинудь зло есть, то князь бы или богатъ кто согрѣшая много и давалъ бы на уреченыя службы, а самъ бы ся не трудил и не отъступил от зла и неправды, и так быша и въ ересь впали. Послушая учитель злых, и чреву раб, а не Богу; иже так учат – то суть льстци и блазнители, а не учители. Имже кто тѣлом съгрѣшил, тѣмь и потрудиться, а милостыня по силѣ».

Тенденция заменять епитимью литургиями в славянских текстах фиксируется с XI в. Так, об этом упоминается в Берлинском сборнике и в «Некоторой заповеди» [Смирнов, 1912, с. 296–297]; однако уже в XII в. этот обычай был сурово осужден в «Вопрошании Кирика» епископом Новгородским Нифонтом [РИБ, т. 6, стб. 44, ст. 76]. Статья отразилась в ряде других более поздних епитимийников, сведения о которых собраны С. И. Смирновым [Смирнов, 1912, с. 157–159, 164].

Как и в случае со статьями 10–11 Мясниковской редакции, хотя в основе запрета заменять епитимью литургиями лежит «Вопрошание Кирика», редакторы выписали правило из епитимийника «Аще двоеженец». В «Вопрошании Кирика» текст существенно короче. Составители Мясниковской редакции стилистически отредактировали текст из епитимийника, заменив несколько слов синонимами, и исключили последнюю фразу. Можно полагать, что последние слова этой статьи из «Аще двоеженец» были отвергнуты не случайно. Они говорят о необходимости давать милостыню пропорционально богатству, что приводит к той же системе покупки святости, которая осуждалась несколькими строками выше: «а милостыня по силѣ раздаите. Аще ли обилно – много давати, а скуден кто – по силѣ давати, а по числу имѣния отлучить Богови» [Там же, с. 78] (фрагмент, исключенный в правилах Константинопольского синода, выделен курсивом).

Мясниковская редакция, статья 16. Очищение оскверненного сосуда

«В[опрос]. Достоит ли всякому ссуду молитва дати? От[вет]. Аще впадшее не изгнило».

Правила очищения оскверненных сосудов были насущными в повседневной жизни, поскольку посуда могла быть осквернена случайно – в результате попадания в нее чего-либо нечистого или использования еретиком либо иноверцем.

Большинство статей, выписанных из «Аще двоеженец», были достаточно пространными; некоторые из них пришлось разбить на два-три вопроса. Статья об оскверненных сосудах единственная подверглась сильному сокращению, так что ее смысл был затуманен. Понять ее можно, только обратившись к статье 39 епитимийника «Аще двоеженец», в свою очередь вобравшей постановления из нескольких источников (см. табл. 13).

Таблица 13. Источники епитимийника «Аще двоеженец»

Первым из них стало «Вопрошание Кирика», в котором речь шла о том, можно ли очистить молитвой только деревянные сосуды или очищение не зависит от материала. К этому правилу составитель епитимийника «Аще двоеженец» присоединил дополнительный текст об осквернении пищи из-за попадания в нее насекомого или зверька. Это постановление известно с XI в.; оно входило в вопрошание митрополита Георгия и в Берлинский сборник, а в XIV–XV вв. разошлось по епитимийным текстам. Наиболее ранний вариант постановления, сохранившийся в ответах митрополита Георгия, ничего не говорит о судьбе сосуда и посвящен только его содержимому: если упавшее не сгнило, то содержимое можно употреблять в пищу, прочитав молитву; если сгнило, то нельзя. В этом контексте сосуд впервые упоминается в епитимийнике, названном С. И. Смирновым «Правило с именем Максима»: согласно ему посуду, в которую попало что-либо нечистое, необходимо вымыть и прочитать молитву [Смирнов, 1912, с. 53, ст. 23]. Формулировка нимало не похожа на постановление в «Аще двоеженец», но показывает, что внимание к сосуду, а не только его содержимому, возникает не ранее конца XIII–XIV в.

Таким образом, составитель «Аще двоеженец» использовал правило из «Вопрошания Кирика» и из ответов митрополита Георгия или епитимийника, восходящего к ним[176]. Составитель «Аще двоеженец» сделал ряд важных дополнений (в таблице выделены курсивом): предложил разбить сосуд, если попавшее в него сгнило; к перечню нечистых животных добавил кошку; к перечню скверной пищи – удавленину, кровь и мясо нечистых животных; зафиксировал епитимью за сознательное употребление в пищу оскверненной еды.