Право на жизнь. История смертной казни

В тщательно продуманном и хорошо разработанном китайском законодательстве в разные времена количество преступлений, караемых смертной казнью, не было одинаковым – так, в эпоху «сражающихся царств» (V–III вв. до н. э.) казнь предусматривалась за 200 видов нарушения закона. Надо сказать, что это вполне сопоставимо с 223 статьями британского «Кровавого кодекса», предусматривавшими смертные приговоры, но только не до нашей эры, а в начале XIX века. Далее довольно долго это количество колебалось в районе 300, а вот к началу ХХ века, во время правления династии Цин, когда многие страны уже, наоборот, вступили на путь смягчения наказаний, достигло невероятной цифры – 800!

Но, наверное, причины сохранения смертной казни в сегодняшнем Китае стоит поискать не только в законах древних государей. Коллективистский менталитет китайского общества – то, на что постоянно обращают внимание сторонники «особого пути» конфуцианской цивилизации, подчеркивающие, что Китай – или Сингапур, или другие азиатские государства – не нуждается в защите прав отдельной личности, так как здесь сложилась совершенно иная традиция.

При этом все-таки стоит отметить, что в Китае, который издалека представляется нам во все времена одинаково жестоким, «азиатским», подавляющим личность, на самом-то деле существовали разные тенденции как в духовной, так и в юридической практике.

Конфуций, не отрицавший смертную казнь (что для его эпохи было вполне объяснимо), но призывавший к максимальной умеренности наказаний, ставил в центр своего учения понятия «ли» и «жень». «Ли» часто переводится как «ритуал», что верно, так как соблюдение древних ритуалов во всех сферах жизни было крайне важно для мудреца. Но в то же время «ли» – это и моральные качества, сдержанность, этика, умение владеть собой, а «жень» – это человечность. Так что при всем преклонении Конфуция перед властью и авторитетом гуманность для него была важнее.

«Если наставлять народ путем [введения] правления, основанного на законе, и поддерживать порядок [угрозой] наказания, то народ станет избегать наказаний и лишится [чувства] стыда. Если наставлять народ путем [введения] правления, основанного на добродетели, и поддерживать порядок путем [использования] Правил, то [в народе] появится [чувство] стыда и он исправится»[146].

Знаменитый американский философ и политолог Фрэнсис Фукуяма, который упорно, несмотря на насмешки коллег и бурные события последних десятилетий, продолжает придерживаться идей, изложенных в его знаменитой работе «Конец истории», и доказывать, что демократические и либеральные идеи, несмотря ни на что, прокладывают дорогу во ВСЕМ современном мире, в частности, возражает против распространенного взгляда на конфуцианство как учение, несовместимое с демократией и правами человека. По его мнению, «ограничивать воздействие конфуцианства лишь утверждением приоритета коллектива перед личностью, а государства перед всеми подчиненными институтами – значит грубо упрощать подлинное влияние учения»[147]. Фукуяма обращает внимание как раз на моральную составляющую учения Конфуция:

Можно даже утверждать, что сутью традиционного китайского конфуцианства всегда было не политическое конфуцианство, а ярко выраженная семейственность, которая ставилась выше всех прочих социальных отношений, в том числе отношений с политическими властями. То есть конфуцианство строит высокоорганизованное общество снизу вверх, а не сверху вниз, уделяя особое внимание моральным обязательствам семейной жизни как основной ячейки общества[148].

Что это означает в плане отношения к смертной казни? С одной стороны, можно отметить, что в Китае во все времена преступления против родителей наказывались с крайней жестокостью – именно потому, что они вступали в резкое противоречие с конфуцианскими ценностями. Даже сегодня в КНР существует особый закон «О защите прав и интересов пожилых людей», который запрещает их «дискриминацию, унижение, истязание или оставление», несмотря на то что эти же преступления по отношению к другим группам населения тоже запрещены. Однако забота о пожилых имеет особое значение в конфуцианстве, и законодатели особо оговаривают их права. Помимо всего прочего, в законе прописана обязанность более молодых членов семьи «часто навещать или передавать приветы пожилым людям»[149].

Интересно, что в Средние века, когда донос считался обязанностью и добродетелью любого гражданина, что, конечно, говорит о превосходстве государственных интересов над личными, в Китае члены семьи, в отличие, например, от петровской России, освобождались от этого «почетного долга».