Прислужники Гитлера. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Белоруссии в 1941–1944 гг.

Пример успешных действий женщины-агента приводит комбриг Д. Райцев. В своей записке он рассказывает, что «15 августа 1942 г. была задержана штабной разведкой бригады гражданка Е. Гончарова (жительница д. Лосвида) в районе деревни Боровляны». Во время допросов, которые проводили заместитель командира бригады по разведке Бугаев, комиссар бригады Пирунов, начальник штаба Карнаухов, «не было установлено, что Гончарова является немецким шпионом, и они рекомендовали использовать ее агентурной разведчицей по бригаде». Она «три раза была послана в разведку в Городок, Стайки и Байханы, и дала данные о противнике, которые проверялись другими разведчиками и не имели особых расхождений». После этого она была направлена в Витебск, откуда вскоре поступили сведения, что Гончарова «является крупной немецкой шпионкой, имеющей тесную связь с немецким гестапо» [1613]. Можно только догадываться, какие ценные сведения о численности, вооружении и дислокации отряда она передала «работодателям».

Приведем фрагмент одного сообщения на имя руководителей БШПД П. Калинина и Г. Эйдинова от 14 января 1943 г.: «В ночь с 4 на 5 января 1943 г. противником закрыт проход в районе оз. Сенница. Следуемый в эту ночь в тыл противника обоз с оружием и боеприпасами на 36 подводах и несколько сот партизан нашли на засаду, были обстреляны, люди в панике, бросая оружие и оставив подводы, разбежались. На 13 января 1943 г. из этого количества возвратились 2 подводы, остальные 34 подводы с грузом попали в руки противника. Не вернулась и часть людей. Эту колонну возглавлял заместитель командира бригады по хозчасти т. Захарова – Дик. По сообщению т. Мельникова, находящегося в это время в Витебском обкоме КП(б)Б, Дику линии фронта задерживался работником Особого отдела 4 Ударной армии, последним у Дика отобран документ на немецком языке. При переводе его на русский язык установлено, что эта справка является документом немецкого командования, уполномачивающая Дика на работу среди партизан»[1614].

Агент Мозырского СД фольксдойче Вальтер, проживающий в деревне Пильщик, выдал Сталинский партизанский отряд, который был уничтожен карателями [1615].

Летом 1943 г. во время нападения бригады Райцева на д. Бабиничи на сторону партизан перешел некто Степанов. 24 июня 1943 г. во время марша первого и второго отрядов в новый район дислокации он дезертировал и добровольно сдался полиции в д. Либартово (Суражский район), где рассказал полиции маршрут отрядов, количественный состав, вооружение бригады и их дислокацию. Поскольку ожидалось, что за первым и вторым отрядами пойдут третий и четвертый отряды, немцы организовали засады[1616].

В конце июня 1943 г. начальник ОО партизанской бригады им. Сталина Парафенюк в сводке данных о бригаде им. Фрунзе сообщал следующее: «Про Фрунзенцев у народа сложилось мнение, что они вообще не в состоянии воевать с фашистами… и воюют с мирным населением… Фрунзенцам народ дал позорную кличку «МЕДОВНИКИ». Не случайным является тот факт, что бригада небоеспособна. Причина небоеспособности бригады в заложена в ее руководителях – комбриг Субботин (он же Ф. И. Серебряков) и начальник штаба И. В. Анохин являются предателями Родины и агентами гестапо». Ни больше ни меньше. Далее Парафенюк приводит ряд фактов преступного поведения комбрига Серебрякова. В частности:

«а) группа Фрунзенцев расстреливает семьи партизан в д. Кречеги, Черниковщина и др. Эти группы забирает Койдановская полиция и возит по Койданово, показывает населению и говорит, что это дело «Сталинских бандитов»

б) комбриг Субботин отменил институт комиссаров

в) …1943 г. вся бригада во главе с руководством перепились, а после открыли стрельбу друг по другу и разбежались по разным направлениям.

г) 8.6.1943 г. в Койдановскую полицию пришел с оружием один партизан и заявил, что через несколько дней придет еще несколько человек.

д) население Дзержинского района заявляет, что личный состав бригады Фрунзе подготовлен к переходу в полицию»[1617].

В конце августа 1943 г. была разоблачена «агент в юбке» Флорентина Лавринович. На допросе она дала показания о том, что ее куратор от немецкой разведки Кауфман перед отправкой ее на задание сообщил ей следующее: «Мне Кауфман говорил, что в партизанском крае работает их агентом Гребенкин…[1618] Тут же он сказал мне, что я должна хорошо изучить Гребенкина, так как последний не особо внушает доверия… Гребенкин настроен для работы, а может быть даже уже работает в пользу немцев» [1619].