Происхождение человека и человечества.

Начавшие формироваться адаптационно деятельностные модели разных возрастных и половых групп в популяциях поздних гоминид, находились между собой в тесном взаимодействии, в процессе которого происходила коррекция объектов трансфера* в направлении усиления существующего образа «Пра Мы». Это вело к сплочению праобщин на основе вырабатываемых протокультурных констант, в которых пока играл главенствующую роль блок инстинктов и безусловных рефлексов, объединенных активно развивающейся коммуникационной системой и возникающими социальными наработками как способов адаптации. Индивидуальный же опыт в группах не брался во внимание при формировании культурных констант или их надстроек. Это всё происходило потому, что поздние хабилисы были уже существами с наработанными в процессе продвижения во времени определёнными моментами социального образа жизни, основанными на групповом взаимодействии. Там же личный опыт иметь было не обязательно и даже опасно при решении каких-то общих, жизненно важных, вопросов. Хотя индивидуальный отбор и существовал, но он поменял ориентацию на приспособление в большей степени к реалиям культуры и социального окружения, как мы это наблюдаем и в настоящее время.

 Поведение и образ мысли каждого члена праобщины были очень плотно зависимы от той протосоциальной и протокультурной сферы, которая начала формироваться в процессе эволюции. При этом личностные особенности каждого при решении каких-то жизненных вопросов были пока не востребованы, (если только они не относится к вопросам продолжения рода, там-то как раз индивидуальные особенности и были необходимы). Поэтому реакции и волевые проявления индивидов в решении каких-то общих задач не принимались во внимание. Правда, кроме этого существовало силовое давление доминантных отношений, которое обслуживало инстинктивные и в малой степени протосоциальные стороны существования гоминид и гоминин, а так же личные особенности были необходимы в ситуациях грозящих распаду праобщины, когда были потребны определённые индивидуальные качества у доминирующих членов этого коллективного образования.

 «Пра Мы» - этот удивительный феномен психики первых людей, в конце концов, и завёл ветвь архантропов и их производных палеоантропов в тупик, потому, что групповое мышление не способно генерировать новые идеи, как в то время, так и в наши дни.

Для того чтобы понять это, давайте, сравним две группы: группу охотников – хабилисов или архантропов (не важно) и какую-либо научную группу с определённым количеством профессиональных интеллектуалов. Кажется, что может быть общего между этими двумя коллективами, разделёнными колоссальной толщей времени? Имеется! Каждая из них объединена в единое целое своими определёнными целями и задачами. Каждая из них решает особозначимые для общества проблемы, т.е. вовлечена в общественную деятельность. В каждой из них вырабатываются определённые формы поведения, строятся доминантные отношения, определяется лидер или лидеры. В каждой из них содержание совместных деятельностей опосредуются групповой динамикой. Каждая из этих групп планирует мероприятия и совершает мозговой штурм проявляющихся проблем. Уже первые группы охотников категорически не принимают ничего нового предлагаемое каким-либо индивидом, потому, что опыт, подтверждённый грегарным отбором против каких-нибудь кардинальных идей. В группе интеллектуалов преобладают усреднённые решения, часто устанавливаемые научным авторитетами, лидером данной группы или самой решаемой проблемой. Что в той, что в другой группе могли/могут появиться определённые технические идеи по доработке уже существующих открытий и достижений например: новые, сообразуясь с обстоятельствами, способы загонной охоты в той древности; овечка Долли, Интернет, орбитальная станция в наше время. Но ни в том, ни в другом случае не будет разработано новых идей, прорыва в неизведанное потому, что таким группам это не нужно. Они подсознательно противники всего кардинально нового. Виновато ли в этом мышление тех наших далёких предков - охотников являющееся основой нашего, современного мышление покажет изучение этого вопроса. Прорыв в неизведанное, в то, что меняло мировоззрение учёного мира определённой эпохи, всегда осуществляли личности, но в полной мере они стали проявляться только с появлением Homo Sapiens.

Групповой в первую очередь и индивидуальный отборы уже на базе начинающих развиваться человеческих особенностей психики, стали вести борьбу с конкретной звериной сутью, некоторые стороны которой мешали адаптации на новом, социальном уровне, а значит идти к человеку. Отбирались в процессе индивидуального, а особенно грегарного отбора лучшие варианты, и чем эффективнее происходила искусственная изоляция от внешней среды с помощью развития разных способов социализации популяций превращая их в праобщины, тем значительней и ощутимей были результаты борьбы.