Прощание с Карнеги или революционное руководство для марионетки

Когда люди, наделенные властью, признают свою неправоту, это подрывает их авторитет перед другими людьми, обладающими меньшей властью, которыми эти люди хотят управлять. Спасение репутации представляет собой один из аспектов потребности в своей правоте. В последние годы вьетнамской войны боевые действия велись лишь из желания сохранить лицо американской нации, поскольку к тому времени большинство населения уже считало эту войну бессмысленной и обреченной на неудачу. Самолюбие занимающих выборные должности политиков стало причиной десятков тысяч смертей и неисчислимых бедствий как среди американцев, так и и вьетнамцев, а некоторые из этих самых политиков сих пор пытаются оправдать свою роковую ошибку. И все это несмотря на тот факт, что Роберт Макнамара, архитектор вьетнамской политики, признал, что он ошибался и что «все это ни к чему не привело». Аналогичные события разворачиваются и сегодня, когда администрация президента Буша оказалась в безвыходной ситуации в Ираке, будучи не в силах признать необоснованность своих заявлений о том, что Саддам Хусейн обладал огромным арсеналом оружия массового уничтожения. Вместо того чтобы признать свою неправоту, администрация Буша ввергает себя во все более глубокий кризис, который, по сути, подрывает ее авторитет в ничуть не меньшей степени, чем подорвано бы его признание своей ошибки.

Люди готовы использовать игры власти с тем, чтобы обеспечить себе эти искусственно сделанные дефицитными «эмоциональные товары» («feeling commodities») (чувство правоты, любви, признания) аналогично тому, как они используют игры власти, чтобы получить действительно дефицитные продукты, такие как продукты питания, жилье и деньги. Эти «эмоциональные товары» дефицитны лишь вследствие активности Критикующего Родителя, и ограничения на них могут быть сняты путем создания кооперативных сообществ людей, в которых Критикующий Родитель не имел бы власти, В таких кооперативных сообществах игры власти и критикующие транзакции, исходящие от Критикующего Родителя, не дозволялись бы, поглаживания были бы доступны в изобилии, а людей больше интересовала бы истина, чем собственная правота.

Глава 7

Как реагировать на игры власти?

Недостаточно знать о различных играх власти, используемых людьми. Важно также знать, как нам реагировать, когда мы оказываемся вовлеченными в игры власти, и как постоять за себя.

Эскалация

Можно отреагировать на игру власти еще более масштабной игрой. Однако противостояние одной игре власти с помощью другой является ошибочной стратегией эскалации, при которой за каждой игрой власти будет следовать аналогичная, но еще более широкомасштабная. Это может продолжаться очень долго и закончится лишь тогда, когда один из игроков согласится подчиниться или будет убит другим.

Подчинение

Другая реакция на игры власти состоит в том, чтобы просто подчиниться и уступить желаниям другого. Очевидно, что в конечном итоге эта стратегия также ошибочна, хотя иногда подчинение позволяет избежать ненужных столкновений. И все же никто не скажет, что постоянно отвечать на игры власти подчинением — это наилучший вариант.

Антитезис

Вместо подчинения мы можем использовать антитезис: тактическую процедуру, используемую с целью нейтрализации (в противовес эскалации) игр власти. Антитезис представляет собой вербальную форму боевых искусств, которые, подобно айкидо, учат лишь обороне и не знают наступательных приемов. Эффективный антитезис для игр типа «Все или ничего» основывается на способности и готовности человека отказаться от продукта, который был превращен в дефицитный. «Мне нравятся твои поглаживания, любовь, работа, зарплата, чувство защищенности, но я не столь уж сильно нуждаюсь в них» — вот наиболее эффективный способ остановить игры власти «Все или ничего». Если эти слова сказаны убедительно, это приведет к подрыву игровой стратегии и позволит подготовить почву для кооперативных переговоров по поводу объекта желаний.

После того как прозвучала фраза «Мне не нужна твоя машина, деньги, любовь и т.д.», открывается простор для конструктивных сделок, при которых ни одна из сторон не пытается контролировать решения другой стороны.

Антитезис игре «Все или ничего» наиболее эффективен, когда дефицит искусственный: либо психологический (как в случае дефицита поглаживаний), либо вызванный введением монополии. Эффективность этой реакции обусловлена тем, что умение человека контролировать собственные потребности в искусственно дефицитном продукте почти автоматически делает этот продукт более доступным. Так происходит с продуктами питания, в особенности лишенными питательной ценности, такими как сахар или кофе, когда корпорация пытается ввести повышение цен, за которым последует спад потребления и сопровождающее его падение цены. То же самое происходит, когда отказ какого-нибудь человека от ненужных поглаживаний приводит к ослаблению игры во «Все или ничего», благодаря чему поглаживания становятся более доступными.