Прощание с Карнеги или революционное руководство для марионетки

К сожалению, антитезис далеко не столь эффективен когда дело касается ряда важнейших дефицитных продуктов. Это происходит потому, что подлинный антитезис представляет собой не блеф (который является всего лишь ответной игрой власти), а действительный отказ от того, в чем мы ранее нуждались и чего хотели. Трудно отказывать себе в таких вещах, как основные продукты питания, кров или работа, и когда мы становимся объектами игр власти в этих сферах, возможно, нам приходится отвечать на них собственными играми власти, если это необходимо для получения своей доли. Само существование профсоюзов и политических партий является эффективным средством противостояния играм власти типа «Все или ничего», используемым корпорациями и другими наделенными властью институтами. Своей незримой, но реальной поддержкой они помогают преодолеть страх перед дефицитом, заставляющим людей поддаваться на манипуляции.

Когда игра «Все или ничего» превращается в игру «Все или смерть», как это имело место при диктатурах Гитлера, Сталина или Саддама Хусейна, когда сопротивление почти неизбежно означало заключение в тюрьму и вероятную гибель, прибегнуть к антитезису становится крайне трудным, поскольку он требует отказа от заботы о собственной жизни («Я хотел бы остаться в живых, но я готов этим пожертвовать»).

Пример из практики

Для того чтобы лучше проиллюстрировать различие между ответными играми власти, которые только затягивают ситуацию противоборства, и антитезисом, рассмотрим следующий пример. Допустим, вы выбрали на рынке подержанных автомобилей машину, которая вам нравится. Продавец обращает внимание на ваш интерес. Вы спрашиваете его, за какую сумму продается машина, и он называет вам цифру 13 тысяч долларов. Вы отвечаете, что машина вам нравится, но цена слишком высока, а вы хотели бы купить машину подешевле, поэтому вы пишете на других рынках.

В ответ на это продавец прибегает к игре власти «Все или ничего»: «Ну что же, пойти и сравнить цены — хорошая мысль, но имейте в виду, что одна дама только что поехала домой, чтобы выяснить, не удастся ли ей набрать сумму, необходимую для покупки машины („Покупайте сейчас, или товар уйдет“). Но вы можете и еще поискать; если мы продадим эту, найдутся другие».

Давайте предположим, что на вас не подействовала эта игра; вы видите тактику продавца насквозь. Теперь у вас две альтернативы. Один вариант — применить ответную игру власти и сказать продавцу: «О, конечно. Я полагаю, если есть человек, который хочет купить эту машину, ему она и должна достаться, поэтому я, пожалуй, и не буду возвращаться сюда». Вы меняетесь местами с продавцом и прибегаете к эскалации с помощью его собственной тактики — очередной игры «Все или ничего».

Другой вариант — использовать антитезис. В этом случае вы игнорируете маневры продавца, улыбаетесь и говорите: «Ничего, я попытаю счастья в другом месте. („Мне нравится машина, но она не так уж мне нужна“.) Возможно, я вернусь, и, если эта дама не купит ее, я буду все еще заинтересован в ее покупке. Спасибо за помощь».

Я воздержусь от высказывания предположений о том, какой из этих двух подходов обеспечит нам машину по более низкой цене. Вполне возможно, что оборачивание ситуации против продавца и использование ответной игры власти окажется эффективным, хотя в целом, полагаю, глупо надеяться на то, что непрофессионал, каким являетесь вы, сможет одержать верх над профессионалом. Более вероятно, что он использует серию новых маневров, которых вы не поймете, и в конце концов заставит вас выложить большую сумму, чем вам следовало заплатить. Я использую этот пример только для того, чтобы противопоставить две альтернативы, между которыми могут выбирать люди, оказавшиеся жертвами и власти: ответную тактику эскалации, которая, по сути, является продолжением войны, или антитезис, являющийся средством нейтрализации игр власти.