Протрузия, грыжа, спондилоартроз – оперировать нельзя лечить

• • Мышцы имеют собственную иннервацию (нервно-мышечную связь, упоминаемую во всех учебниках и монографиях по неврологии)

• • Мышцы имеют собственную лимфатическую систему, представляющую главную дренажную систему, выводящую эндо– и экзотоксины из внеклеточного пространства, устраняя все воспалительные реакции в мягких тканях и органах. Более того, лимфатическая система способна транспортировать даже крупные молекулы (высокомолекулярные белки, токсины и другие), поступающие в систему, а затем и в венозный кровоток (нижние конечности, тазовое дно, мышцы брюшного пресса).

• • Мышцы имеют большую часть болевых рецепторов (ноцицепторов), через которые сигнализируют в центральную нервную систему через спинномозговые нервы о случившихся неполадках в теле. Таким образом, болят только мышцы, а нервы докладывают, в каком месте боль! Нервы не болят и не воспаляются, так как не имеют болевых рецепторов. Не следует путать это с синаптической связью или связью нервных окончаний нервов и мышц.

• • Мышцы – это главные органы «медицины выведения», очищения и поддержания чистоты внутренней среды организма, что немаловажно в связи с нарастающей химизацией быта, увеличения загрязнения воды, пищевых продуктов и воздуха, а также при бесконтрольном приеме лекарственных препаратов.

Вывод двенадцатый: важно помнить, что мышечная ткань – единственная ткань в организме, способная к восстановлению своих функций в любом возрасте, но только при создании условий для этого восстановления.

А к условиям для восстановления мышечной ткани относится насосная функция мышц, то есть сокращение – расслабление. Другими словами, лекарство – это силовое упражнение, но подобранное индивидуально для каждого случая.

Зачастую человек в состоянии болезни не может поднять ни руку, ни ногу из-за общей слабости или острой боли. Но сердце и мозг у него работают, он хочет жить, и жить полноценно, но слабость и боль не дают. Почему? Да потому, что кровь плохо и слабо течет по сосудам, поэтому возникают и ишемия, и гипоксия, и дистрофия – основные патофизиологические явления больного организма. То есть происходит угнетение окислительно-восстановительных функций организма (закисление, защелачивание, недостаток кислорода, глюкозы, белков и пр.). В результате обновление жидкостей (то есть обмен веществ) происходит очень медленно. Что делают лекарства в таком случае? Они выполняют функцию кнута и допинга для сосудов, раздражая их. Но если в реанимации такой способ лечения необходим, то при выходе из реанимационного отделения, когда мозг и сознание пациента включились и начали функционировать, терапия должна быть иной. Должна, но кто этому научит, если 60 % тела «прошли» мимо изучения медиками?

Как вернуть себе здоровье?

Каждый день на консультациях я спрашиваю пациентов, с порога заявляющих о грыже диска: «Давно вы подтягивались на турнике?» Обычно я задаю такой вопрос молодым, кому 30–40 лет. Задумываются, вспоминают и… не помнят. А ведь мышцы позвоночника являются своего рода сосудами межпозвонковых дисков, через которые те получают питание, то есть воду, микроэлементы и прочее. Где же эти мышцы и как их распознать, если на снимке МРТ о них нет абсолютно никакой информации?! Как вылечить орган без учета сосудов, питающих этот орган?

Остеохондроз, ИБС, геморрой, симптомы раздраженной кишки, миомы, мастопатии, простатиты и воспаления придатков – все это лишь следствие мышечной недостаточности[16]! Лечить надо не вышеперечисленные болезни, а физическую немощность людей. Что касается позвоночника, то, по мнению канадского нейрохирурга Г. Холла, 98 % операций по поводу грыж МПД не обоснованы хотя бы потому, что к этим грыжам привела физическая несостоятельность мышц позвоночника, которая не лечится ни ножом, ни лазером. Вот почему после таких операций нет ни одного здорового человека!