Психология веса. Инновационный взгляд на тело

К сожалению, анорексия – это не прихоть, не слабость и не «дурь молодежи, которая зациклена на внешности». Я сама проходила через это заболевание и полное неприятие в обществе, даже в кругу своей семьи. И я знаю, как бывает больно людям, страдающим анорексией, оттого, что против них ополчился весь свет. Анорексики глубоко не принимают себя – логично, что их никто не будет принимать из окружающих. То, что находится внутри нас, мы транслируем вовне, внутреннее непринятие порождает общественное отвержение. Микрокосмос равен макрокосмосу. Сейчас я расскажу о причинах этого РПП.

Из-за чего возникает анорексия?

1. Отвержение матери.

Когда у девочки конфликты с мамой, когда мама кажется ей «какой-то не такой», дочь всеми силами пытается не быть на нее похожей. Быть лучше матери, быть непохожей на нее – это внутренние желания девочки, которые часто становятся причинами анорексии. Если мать контролирующая, гиперопекающая, то у дочери может возникать анорексия как протест, желание хоть что-то контролировать самостоятельно, например свой вес и свое тело. В таких случаях может возникать тошнота от еды, дочь как бы хочет «вытошнить» мать, ее любовь и все ее запреты. Помним, что мамина любовь – это в прямом смысле еда.

Когда девочка отвергает маму и стремится быть «не такой, как мать», она начинает отвергать себя как женщину и всех женщин вокруг. А женщины – это существа с естественными округлостями, менструациями, бо́льшим количеством жировой ткани, чем у мужчин. Отказываясь от еды и худея, такая девочка внешне превращается в мальчика.

Девочки с анорексией могут совершенно не иметь подруг, у них много парней-друзей, и они очень гордятся, что дружат с мальчишками, а не с девчонками.

Ситуация может усугубиться, если мать начнет замечать анорексию и всячески упрекать девочку за это. Контроль и без того контролирующей матери усилится, она начнет переживать, говорить своему ребенку, что так некрасиво, что ее дочь глупая, что она может умереть, начнет сравнивать ее с другими, насильно стараться что-то исправить… Такое поведение со стороны матери лишь усугубит ситуацию, т. к. именно контроль стал причиной развития заболевания. Там, где есть контроль, нет доверия и любви. Матери стоит ослабить хватку, осознать, что дочь растет, и ее желание делать по-своему – нормально. Необходимо дать девочке больше свободы и начать ее всячески поддерживать. Вместо упреков, которые, конечно же, мать делает из желания помочь, необходимо перейти на язык любви, а не страха и тревоги. Матери думают, что тревожиться за ребенка – значит любить. Это огромная ошибка, которая сильно сказывается на детях. Любить – это доверять, отпускать, поддерживать. Там, где есть страх, нет любви. Маме нужно сместить фокус внимания на себя, потому что главный человек в нашей жизни – это мы сами. У счастливых матерей не бывает больных детей. Начните поддерживать своего ребенка, говорите ему комплименты, займитесь собой, ослабьте хватку. Через некоторое время вы заметите улучшения. Если их не происходит, либо состояние запущено, обратитесь к специалисту. Но в любом случае не говорите ребенку неприятных вещей. Люди с анорексией очень ранимы, хотя этого не показывают. Они не принимают себя и вообще не уверены, что им можно жить.

Пример из моей практики. Ольга записалась на сессию и в графе «С чем хотели бы поработать?» написала: «Я совершенно не принимаю себя. Мне кажется, что весь мир ополчился против меня. У меня ужасные отношения с матерью. Каждый день я чувствую себя выжатой эмоционально. Я не знаю, что мне делать».

Когда она зашла в кабинет, пазл в моей голове начал складываться: худая девушка с явными признаками анемии, с хронической усталостью, одетая «по-пацански» в оверсайз, она бесшумно разулась и очень тихо подошла ко мне.

В моем кабинете часто есть чай, кофе и снеки для клиентов. Обычно их никто даже не замечает, но в ситуации с Ольгой было иначе: она посмотрела на еду, поморщилась, посмотрела еще раз, облизнулась, а потом на ее лице появилась гримаса отвращения.

Ольге было 20 лет. Она буквально сбежала из дома из-под материнского гнета. Ольга ненавидела свое тело, ей не нравился свой внешний вид, отсутствовали менструации, да и все, что было связано с женщинами и женственностью, вызывало у нее ухмылку. Я заподозрила у нее анорексию – все признаки были налицо. Далее она сама призналась: «Я не могу гулять с друзьями или ходить к родственникам, потому что они все время едят. Я чувствую себя изгоем. Я не знаю, почему, но я хочу похудеть. Мне страшно даже вообразить, что я могу набрать вес. Надеюсь, во время нашей работы в моей голове ничего не изменится касательно веса, и я останусь такой. Я знаю, что вы мне сейчас скажете: „Оля, но это неправильно, ты и так худая, тебе надо поесть“, но я так не считаю. Я прошу ничего не говорить по поводу моего веса». И тут она заплакала.