Путешествие на высоту 270

Не знаю, почему мною овладело такое состояние. Я как-то сбит с толку, и всё мне кажется темным и нечетким. Сколько уже я не спал? Быть может, отсутствие сна – причина этих ощущений, или всё то, что случилось за это время? Ах, где вы теперь, ребята? Али, Мехди, Асгар и все те, кто за прошедший день, за прошедшие сутки бились в агонии и ушли из мира? Ведь так немного времени минуло с тех пор, как мы, живые, держали друг друга за руки и давали друг другу клятву. Эти друзья: ведь они постоянно тебя зовут! И если бы эти осветительные ракеты не взлетали каждые несколько минут и не мерцали там, над нашими головами… Благодаря им я только и вижу эту траншею и понимаю, что сейчас уже ночь, – иначе я думал бы, что я еще вместе с вами и что всё еще длится день… Вот недосып: каких только мыслей он не вложит в голову!

Расул ворочается и натягивает на себя запачканное землей одеяло. Я негромко спрашиваю его:

– Расул, замерз, наверное?

– Да… – отвечает он дрожащим голосом. – Д-да…

Холод и внутрь меня забрался, в самые кости. Кто-то идет по траншее сюда со стороны моста. По голосу я узнаю Масуда. Он старается шагать шире, чтобы не задеть ногами лежащих в траншее живых и мертвых. Пробирается с трудом, на ощупь. Дойдя до нас, спрашивает:

– Вы кто здесь?

– Эт-то м-мы, – отвечает Мирза. – С-садись.

Масуд присаживается и пытается разглядеть нас во тьме. Я обнимаю его за плечи:

– Это я, Насер.

– Ага-Абдулла, ты тоже здесь? – Масуд осматривается. – А где Расул?

Расул шевелится, а Абдулла отвечает:

– Он спит, вон в этой куче.

Масуд шарит во тьме, пытаясь найти Расула, а я подсказываю ему:

– Нет, не там, здесь. А того совсем недавно убили. Это был наш наблюдатель. В грудь прямым попаданием.

Масуд медленно садится. В темноте, ни на кого в отдельности не глядя, произносит:

– По рации сообщили, что идет подкрепление, а также вынесут в тыл убитых.

– П-подкрепление – к-как это? – восклицает Мирза протестующе. – У н-нас из в-взвода несколько че-человек в-всего ос-сталось. Д-двенадцать ч-человек в-всего.

И вновь запах крови, который с утра не покидает нас, словно бы с особенной силой бьет в нос. Меня тошнит – чуть не выворачивает. Масуд продолжает, не реагируя на слова Мирзы:

– Сказали: второй и третий взводы идут на подмогу. Другие роты также перебрасывают для того, чтобы отбить контратаки противника.

Из окопов на той стороне по нам вдруг стреляют очередями, и тишина разлетается вдребезги. Первым встает Масуд, за ним мы, стоим в полный рост. Еще очереди. Отражение в воде трассирующих пуль красиво, потом вновь наступает тишина, и в ней мы, и в ней отражаются в воде канала далекие осветительные ракеты.

– До утра мы должны нести караул, – добавляет Масуд, и опять Мирза протестует:

– Д-да ра-разве у нас с-силы ос-остались? К-караул нести. С-скажи им, с-сколько нас ос-осталось. С-скажи им, что нас надо в ты-тыл отвести!

Масуд молчит, а несколько человек в отдалении начинают быстро и громко говорить. Речь их – о необходимости нести караул и о нехватке боеприпасов, еды и людей.

– Те взводы когда должны прийти? – спрашиваю я.

– Хейдар сказал – на подходе, но когда точно – неизвестно… Вы пойдете за едой туда, в начало траншеи?

Вопрос его адресован мне и Мирзе, который спрашивает у меня:

– Н-ну что, идешь?

Водитель вдруг всхрапывает с резким звуком. Он спит, навалив на себя грязную мешковину.

– Да, идем, – отвечаю я.

– Немного еды принесете, – говорит Масуд. – Как выйдете из траншеи – там она около насыпи.

– Т-так по-пошли.

Мы уже хотели тронуться в путь, как вдруг Расул садится и спрашивает:

– А можно и мне с вами?

Я жду решения Масуда, но тот молчит. Мирза отвечает Расулу:

– Вп-перед, д-двигайся. Иди ос-осторожно – на т-трупы н-не наступай.

И Мирза идет вперед, я за ним, а за нами Расул.

Глава седьмая

Первая очередь раздается с их стороны. Звук ее разлетается эхом. Я успел поднять голову и увидеть красную трассирующую пулю над бруствером. Еще не стих звук первой очереди, как раздалась вторая, потом третья, и бой возобновился.

Небо над концом траншеи пожелтело: испуганно восходит солнце. Все бойцы быстро задвигались. Некоторые сразу поднимаются и стреляют, другие ждут, что будет дальше. Абдулла встает, кладет свой пулемет на бруствер и, прицелившись, одной длинной очередью выпускает всю ленту, потом садится.