Путешествие в пушкинский Петербург

В «Арзамас» вошли все видные писатели-карамзинисты: В. А. Жуковский, К. Н. Батюшков, П. А. Вяземский, В. Л. Пушкин, а затем и Александр Пушкин. Каждый арзамасец получил прозвище, взятое из баллад Жуковского: Батюшков – Ахилл, Вяземский – Асмодей, В. Л. Пушкин – Вот или Вот я вас, Жуковский – неизменный секретарь «Арзамаса» – именовался Светланой. Арзамасское прозвище юного Пушкина было Сверчок.

В отличие от беседчиков, собирались арзамасцы по-домашнему у кого-нибудь из членов кружка – у С. С. Уварова в его доме на Малой Морской улице, у Д. Н. Блудова в доме его матери на Невском проспекте близ Литейной, в квартире братьев Тургеневых на Фонтанке.

Пародируя торжественные сборища «Беседы», арзамасцы выработали свой веселый церемониал. Начинали с чтения шуточного протокола предыдущего собрания. Затем читали и обсуждали свои сочинения. Причем критика «ехала верхом на галиматье». В пику шишковистам, которым всюду мерещились вольнодумство, якобинство, члены кружка называли друг друга «гражданами», как французы во времена революции. Очередной председатель собрания надевал красный колпак – «украшение якобинцев». В таком же колпаке произносил вступительную речь каждый новый член кружка – он говорил надгробное слово одному из «живых покойников» «Беседы». Собрание обыкновенно завершалось ужином, за которым съедали жареного гуся – город Арзамас славился гусями. И члены дружеского общества тоже были «гуси». «Гуси» простые и «гуси» почетные. В почетных числились Карамзин, Дмитриев и другие достойные лица.

Остроумные и меткие пародии, эпиграммы, памфлеты извергались из недр «Арзамаса» на головы беседчиков. Но этим дело не ограничивалось. «Арзамас», по словам Вяземского, был школой «взаимного литературного обучения». Арзамасцы искали «новых средств изъяснения», новых путей для распространения просвещения.

«Беседа» прекратилась в 1816 году, после смерти Державина. Дом поэта, где она собиралась, частично был сдан внаем. «Она осиротела, рассеялась и даже отдана внаймы за десять тысяч рублей; я говорю о здании: за членов, увы, ничего не дают», – писал один из арзамасцев.

С прекращением «Беседы» перед «Арзамасом» возник вопрос: что делать дальше? В 1817 году общество пополнилось тремя новыми членами. Были приняты: Варвик – Н. И. Тургенев, Рейн – генерал М. Ф. Орлов, Адельстан – Н. М. Муравьев, – все трое будущие декабристы. Они попытались обновить «Арзамас», дать ему серьезную политическую цель, но другие этому воспротивились. Бурные споры ни к чему не привели. Единомыслия не было. К тому же многие члены кружка уехали из Петербурга. В 1818 году «Арзамас» окончил свое существование.

Но регулярные собрания литераторов и любителей словесности в Петербурге отнюдь не ограничивались чиновной «Беседой» и дружеским «Арзамасом». Культурная жизнь города объединяла весьма широкий круг людей. В публичных чтениях и дискуссиях желали принять участие десятки и даже сотни писателей, ученых, ценителей искусства.

Еще в самом начале XIX века, после смерти Павла и восшествия на престол Александра I, несколько юношей, окончивших Петербургскую гимназию при Академии наук, задумали составить литературное и ученое общество. Это было время больших надежд – «дней Александровых прекрасное начало», когда вновь оживилась примолкшая при Павле литература, вновь разрешено было ввозить из-за границы книги и открывать частные типографии. Тогда-то и основали питомцы академической гимназии Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. Члены общества ставили себе целью «взаимно себя усовершенствовать» в словесности, науках и художествах и «споспешествовать по силам своим к усовершенствованию сих трех отраслей».

В отличие от «Беседы» и «Арзамаса», Вольное общество состояло из людей различного, часто «низкого», звания. В него вступали сыновья мелких дворян, поповичи и даже сочинители из купцов. Были и незаконнорожденные. Так, один из самых авторитетных членов Вольного общества – И. П. Пнин – был побочным сыном екатерининского вельможи, фельдмаршала Репнина. Член общества художник А. И. Иванов – выдающийся мастер исторической живописи – происходил от «неизвестных родителей», а В. В. Попугаев – «пламенный поэт, неистовый друг правды и гонитель зла» – был сыном живописца императорской Шпалерной мануфактуры.

Заседания Вольного общества любителей словесности, наук и художеств происходили в здании Немецкого училища Святого Петра на Невском проспекте, в квартире старшего преподавателя русского языка И. М. Борна. Борн и его коллега по училищу, поэт Попугаев, были основателями общества, первыми подавшими мысль о его создании.